Затем я снова, подскочив, врезала по самодовольной морде. Этим не ограничилась, нанеся короткий удар в кадык. Том так любил схватить за шею и придушивать, пока выплёвывал мне в лицо всякие мерзости. Пусть на собственной шкуре ощутит, как это здорово, когда не можешь сделать лишний вздох.
— Ты меня начинаешь злить, — прохрипел он, в глазах вспыхнули знакомые огоньки злобы. — Проси прощения, пока я не пристукнул тебя, сука!
— Наконец-то я вижу знакомого Тома, — отозвалась я с издёвкой.
Зарычав, словно зверь, он бросился вперёд. Я этого ждала и смогла увернуться, отвесив ему смачный поджопник. Взвыв от злости и унижения, Том развернулся и снова атаковал. В этот раз отскочить оказалось сложнее. Отбежав на приличное расстояние, я снова заняла боевую стойку.
— Это всё, что ты можешь? — продолжала я доводить его.
— Я не пойму, чего ты добиваешься? — оскалился Том. — Влезла в мой дом, ведёшь себя неадекватно. Мне достаточно сообщить в полицию и тебя упекут. А на нары или в психушку, не столь важно.
— Правда? — отзеркалила я его «улыбку». — А я думаю, они найдут нашу переписку в сети, где ты пригласил меня сюда, чтобы разрешить миром все проблемы. Но как оказалось, у тебя были другие планы.
— Чего ты несешь? — поморщился он. — Нет никакой переписки.
— Есть. Нужно быть внимательнее к людям, что тебя окружают. Вдруг кто-то партизанит за твоей спиной?
Лицо Тома было бесценно, когда он осознал мои слова. Несколько мгновений он выглядел так, словно не мог поверить, что так поступили с ним. Затем его перекосило от бешенства.
— Тебе конец, — прорычал он.
Больше тратить время на разговоры он не стал. Атаковал всерьёз, желая убить меня. Это отчётливо виделось в пылающих жаждой убийства глазах. Он нёсся на меня, словно разъяренный бык; я попыталась уйти в сторону, но Том уже ждал этого. Предугадав манёвр, он ударил кулаком в лицом. Из носа мгновенно хлынула кровь, а шея оказалась у тискающих лап Тома.
— Вот ты и добегалась, — прошипел он мне на ухо. — Стоило оно того, Роуз? У нас была хорошая жизнь. Тебе нужно было лишь закрывать глаза на небольшие мои слабости, но нет, ты устраивала постоянно сцены. Потом ещё и я виноват был. Вот и сейчас ты возомнила себя ангелом Чарли и подписала себе приговор? Стоили твои пустые принципы этого?
Поборов секундную панику, попыталась собраться, отрешиться от боли. Вспомнила, как выбраться из такого захвата. Чуть повернув корпус, я локтём буквально отодрала руки Тома от своей шеи, после, не теряя времени, тем же локтём врезала ему в лицо. Хорошо получилось. Он отшатнулся и схватился за физиономию, между пальцами сочилась кровь. Один-один, мы сравняли счёт.
Но собственная кровь, что бежала по губам и подбородку, намекала мне, что я зря затеяла — меряться силами с Томом. Я определённо стала сильнее и быстрее, но он опасный психопат, чья кровь пропитана наркотой. Пора с ним кончать.
Приняв решение, я стала пятиться к кухне. Как я и надеялась, Том в поисках оружия совсем не обратил внимания на десятилитровую бутыль в углу. Схватив в руку чугунную сковороду, которая тоже дожидалась своего часа, я метнула её в стеклянную тару. Звон показался оглушительным, а в помещении разлился густой запах газа.
Сложно ли закачать пропан в бутылку? Не знаю. Но за деньги на всё можно найти умельцев. Зато затащить это чудище от машины до помещения довольно проблематично, особенно если нужно не попасть на глаза соседям.
— Что за херня? — скривился Том, что следовал за мной неспешно, как хищник.
— Точка нашей истории, — произнесла я, открывая запасную дверь, что вела из кухни в сад. — Несчастный случай. Всего лишь трагическая случайность.
Один чирк спичкой — и мирная реальность обращается адом. Похоже, я перестаралась, взрыв был таким, что меня отбросило метра на три. Попыталась обернуться, чтобы посмотреть на место «трагедии», и чуть не взвыла от боли в боку и ноге. Стекло из двери решило близко познакомиться с моим телом. Но мне нельзя тут лежать и охать, нужно уничтожить следы своей деятельности.
Пока ковыляла к дому, шипя сквозь зубы, перед глазами так и стояло лицо Тома в момент, когда он понял, что это конец, я не остановлюсь. Это изумление, неверие пополам с обидой. Наверное, этот образ будет являться мне в кошмарах до конца жизни.
Я едва успела собрать всё в сумку, зашвырнуть её в пруд неподалёку от дома и вернуться обратно к пылающей кухне, от которой распространялся пожар, как приехала куча машин: пожарные, полиция, скорая.