Краснокожий не обратил на заминку начальства никакого внимания, он пожал плечами и со все тем же спокойствием заявил:
— Мастера других направлений так же способны на перерождение, если тренировать тело особыми методами. Такое нередко встречается у тех, кто связал ауру с оружием, сила колодца увеличивает мощь инструмента, но для его управления практикам приходится изводить физическую оболочку суровыми тренировками. Только так они в полной мере раскрывают истинную силу оружия, если же пациент не является и таким практиком…
Брат с сестрой обратились в слух.
— Думаю, он просто сумасшедший, помешанный на тренировках…
Вселенная велика и удивляться чему-то у обитателей высших миров попросту не хватило бы сил, вот краснокожий и реагировал столь скупо. Другое дело, когда знаешь, что на полу дрыгается не какой-то там долбанутый практик, повернутый на тренировках, а обладатель двух колодцев, напрямую не связанных с физической оболочкой!
“Слышал, наставники дьяволов-богов заставляют учеников проходить через такие ужасные тренировки, что те перестают чувствовать боль и испытывать страх еще в раннем детстве. Должно быть, его заставили развиваться во всех доступных направлениях, чтобы взрастить монстра… удивительно!”
Исследовательский дух Оплиуса загорелся с невиданной силой, он занимался изучением всего, что вызывало интерес, начиная от строения микроструктур элементарных частиц, и заканчивая явлениями космического масштаба. Что касается мальчика, способного на манипуляции с аурой бытия, обладающего двумя колодцами и удивительным телесным развитием, разумеется он вызывал неописуемый восторг у жадного до знаний искателя. Тем не менее, мастер исцеления настоял на том, чтобы не подходить к Рагне до тех пор, пока перерождение не закончится. Брат с сестрой прислушались к подчиненному и вышли из комнаты отдыха, но перед тем как дверь закрылась, оба бросили на отплясывающего кошмарный танец юношу неоднозначные взгляды.
Когда краснокожий отправился по делам, Оротея вдруг остановилась, вызвав легкое недоумение на лице Оплиуса.
— Что-то не так?
Проведя столько времени вместе, близкие родственники ощущали друг друга на уровне развитой эмпатии, и старший брат чувствовал беспокойство сестры.
— Может я чего-то не знаю, но разве у дьяволов-богов не черно-белая кровь?...
Окуляр Оплиуса странно блеснул, а сам он уставился на выход из комнаты, от которой отошел не так уж далеко. Действительно, раса дьяволов-богов имела ряд особенностей, включающих двутипную, несмешиваемую кровь, бегущую по жилам…
— Не забивай голову пустяками, идем…
Глава 152: Телесные трансформации.
Рывком вырвавшись из забытья посреди комнаты, покрытой трещинами от недавнего буйства, Рагне столкнулся со странным дискомфортом. Стоило поднять руку, рукав разошелся по швам, а линия разрыва перекочевала на плечо. Но не одежда стала меньше, это руки, точнее все тело увеличилось. Мышечный каркас юного Варда и раньше вызывал восхищение, развитые, тугие канаты плоти легко проглядывались под кожей, где процент жира стремился к минимуму, однако они скорее напоминали мускулатуру мастера-убийцы, нежели короля бойни, орудующего топором. Теперь же, могучей плоти наросло в два раза больше, в то время как кости заметно окрепли и удлинились, сделав Рагне выше двух метров. Однажды он уже проходил через такое, каждый воин Варда перерождался в раннем возрасте, от пяти до десяти лет, после чего внешне больше напоминал подростка. Второй раз короли бойни проходили перерождение только после вступления на стадию Порабощения(16), когда тело уже не могло справиться с бушующими потоками энергии колодца Варогар. Лишь сильнейшим удавалось забраться так высоко и среди них разумеется: вождь Булфгар – отец Рагне, с дедушкой Зарогом. Оба воителя делились подробностями второго перерождения с племенем, поэтому сомнений в причинах телесных изменений не возникало.
“Наконец-то я стал похож на истинного Варда…”
Рагне ничуть не уступал в силе воинам племени, напротив, он превосходил всех младше пятидесяти лет, однако внешне пятый сын вождя выглядел задохликом на фоне габаритных родичей. Часто сверстники, больше похожие на мясные бочки, использовали это как повод для издевательств, но все заканчивалось переломанными костями горе-хулиганов и одобряющим смехом взрослых.