Вейхавейская эскадра вышла вся, видимо, масса кораблей должна была нас напугать и обратить в бегство. Линию составили пять броненосцев типа "Канопус" и один старый, который официально уже был заявлен, как переданный Японии, за ними шли три броненосных крейсера, в линию же были поставлены пять крупных бронепалубных крейсеров, был у англичан такой проект нечто среднее между броненосными и бронепалубными крейсерами, итого броненосная линия составила четырнадцать вымпелов. Восемь бронепалубнызх крейсеров составили вторую кильватерную линию, которую замыкали три разномастных канонерки. Эти две линии окружила целая флотилия лёгких минных сил, из трёх с лишним десятков малых, средних и крупных миноносцев. Отдельно шли два француза с белыми флагами на мачтах. Вот так чинно и даже куртуазно две эскадры выдвигались в район в двадцати пяти милях на северо-запад от Вейхавея, где через два с половиной часа назначено начало боя…
При встрече эскадры мы сошлись бортами с флагманом и накоротке перекинулись несколькими фразами со Степаном Осиповичем. Он успел предупредить, что, скорее всего, нам привычно начать бой и нанести урон в его завязке не получится, поэтому он нас ни в чём не ограничивает. Ещё, что образ Богородицы так пока и остался на "Петропавловске" и все на него уповают, в ответ на прозвучавшие вопросительные интонации, мы подтвердили, только сделали упор на дальние дистанции боя. Не столько это нужно, чтобы иметь больше времени полёта снаряда, чтобы успеть его подхватить, нет, главное, это то, чтобы британцы не нанесли большого ущерба нашим кораблям, ведь на таких дистанциях работает статистика, а с нашей стороны я могу эту статистику подправить в нужную сторону. Главное избегать схождения в жёстком клинче ближнего боя, когда не имеет значения уже ничего, кроме живучести корабля и его способности выдержать как можно больше бронебойных "чемоданов". Ещё успела объяснить, откуда у англов лишний броненосец и что два японских офицера на "Палладе" и потом будет любопытно с ними поговорить. Собственно, когда на глазах, а главное куче растопыренных ушей нужно с двадцати метров перекрикиваться с нашего мостика с палубой броненосца в жестяной рупор, особенно много не поболтаешь. Главное обсказали, остальное будет видно, сейчас мы ушли в голову колонны, считая, что бой начнётся на параллельных курсах сближения и отсюда будет удобно выйти с любой манёвр.
Так на неспешных двенадцати узлах две эскадры параллельными курсами в десяти милях друг от друга двигались к месту рандеву. Зачем две канонерки англов встали в кильватер броненосной колонне, а все восемь бронепалубных крейсеров с двумя третями миноносцев начали слева обходить броненосцы и выходить вперёд ордера мы с Николаем не сообразили. Вернее, как-то расслабились и не придали этому значения, ведь всё внимание было на главных силах, а группа крейсеров пока себя особенно не проявляла и оставалась на милю за курсом своей колонны. Назначенное время наступало, и колонны начали маневрировать. Николай объяснял мне, что ещё со времён парусного флота существует неписаный ритуал подобных дуэльных мероприятий, то есть начало традиционно с параллельных курсов вне зоны эффективного артиллерийского огня, а курс фордевинд, это ветер в корму, чтобы ни у одного из оппонентов не было преимущества в начальном этапе, а дальше уже как угодно командирам и как сложится картина боя.
Обе броненосные линии прибавили ход, только у нас эта прибавка вышла намного меньше, чем у британцев и теперь происходило не только сближение, а двигавшаяся немного с отставанием английская эскадра стала нашу опережать и курс сближения стал круче, похоже, что английский адмирал рвался использовать своё численное и залповое преимущество на короткой дистанции, что было не нужно нам и наша эскадра сначала вернулась на прежний курс, а затем даже довернула на пару румбов вправо. Но всё это пока медленно и величественно без единого выстрела, не считая обмена сигнальными холостыми выстрелами для извещения о наступлении назначенного времени. Всё-таки в этом времени сохранились ещё старинные турнирные традиции и пленённого офицера спокойно отпустят домой, достаточно ему дать обещание больше не воевать против пленивших его. Представляю себе реакцию местных, если бы им рассказать, как нашего генерала Карбышева с десятком старших офицеров в концлагере зимой на морозе будут поливать из шланга водой, пока они все не превратятся в ледяные фигуры. Николай увлечённо следил за показываемыми мной картинками, поясняя, что англы хотят сблизиться и сделать свой любимый Т-кроссинг, за счёт большей скорости, обрезая путь нашему головному. И мы не заметили, что из-за этих манёвров мы оказались далеко к западу от курсов эскадр и нас внезапно атаковали все бывшие вроде совершенно не у дел лёгкие силы англичан. Словом расслабились совсем и даже наши сигнальщики на это сближение не отреагировали, английские крейсера с миноносцами широкой облавной дугой уже открыли огонь, как и начавшие пристрелку главные силы. И тут стало не до шуток. Расстояние между двумя точками сражения оказалось достаточно велико и нужно было срочно выбирать, мне заниматься боем главных сил или отражать нападение на "Новик"…