— Это он и есть, — нисколько не задумываясь ответил управляющий, подводя меня всё ближе ко дворцу. Теперь были уже видны его колоннады из нежно-розового мрамора. — Господин получил повышение в ранге, когда признал власть Императора.
— Понимаю, — кинула я, разглядывая украшающие вход во дворец статуи воинов и прекрасных дев. — Но скажи ещё, как здоровье герцога?
— О, здесь совсем не о чем беспокоиться, сестра. Наш господин всегда отличался крепким здоровьем.
— Как хорошо, ведь возраст герцога…
— Ой, сестра, — перебил меня управляющий, — ты, должно быть, имеешь ввиду нашего господина старого маркиза? Он, к несчастью, скончался. Года полтора назад это было. Теперь все мы служим его сыну, молодому герцогу.
— Бэвилу? — удивилась я, совсем позабыв, что говорю о герцоге, и мне, давно уже простолюдинке, не следует так запросто поминать личное имя благородного лица.
— Да, — строго покосившись на меня подтвердил управляющий.
— Прости мне мою неучтивость, уважаемый, — поспешила извиниться я, понимая, что старые слуги не любят, когда неуважительно говорят об их хозяевах.
— Ничего, сестра, — смягчился старик.
«А ведь я совсем не думала, что маркиз мог уже умереть… Сколько ему было лет, когда мы с отцом последний раз навещали его?.. Лет пятьдесят?»
Действительно, мне в голову не приходило, что тот крепкий старик, с которым мы станцевали немало танцев, мог сойти в могилу. А Бэвила я знала — видела во время визитов к маркизу. Это был его старший сын. Года на три-четыре старше меня. И, что скрывать, очень мне нравился: высокий, статный, с красивым лицом… Пожалуй, я даже была тайком в него влюблена! Но, конечно, этим всё ограничивалось. Не могло быть и речи, чтобы наследник маркиза взял в жёны дочь отцовского вассала. Была бы я хотя бы старшей из дочерей… Впрочем, и в этом случае такой брак многие посчитали невыгодным, бесперспективным и даже неравным. А для меня… Для меня хорошую партию — по мнению семьи — составил бы какой-нибудь барон из земли по соседству. И, кто знает, может к этому времени я уже обзавелась бы детьми, и безвылазно сидела в мужнином замке…
С этой точки зрения прибытие в Шайар казалось не таким уж плохим вариантом. Вот и столицу увидеть довелось… И, если что уж меня и тяготило, так это почти полный отказ от мяса! А о Бэвиле я совсем забыла, и теперь было странно думать, что мы встретимся вновь спустя столько лет.
Узнает ли он меня?
Едва ли.
Зато теперь было понятно, почему вдруг так лихо поменялась политика Саганов: взяв власть в свои руки, Бэвил не стал продолжать линию отца в вопросах отношений с Империей, и за это получил в награду новые области и герцогский титул. Неплохо. Этот юноша и тогда, в прошлом, производил впечатление очень серьёзного, вдумчивого человека, способного управлять семейными владениями с пользой для них.
— Вот мы и пришли, сестра, — объявил управляющий.
В собственно дворец мы так и не вошли — обошли его стороной и, пройдя через сад, оказались среди разнообразных построек, формирующих дворцовый комплекс. Он был больше, чем я думала. Пожалуй, размером с целую деревню. И всё это великолепие — в стенах одного огромного города! Моим жилищем оказалась отдельная небольшая постройка, очень лёгкая в плане архитектуры, но создающая тень и прохладу. С настоящим удовольствием я увидела и мягкую кровать, и хорошую мебель — от всего этого я отвыкла не то, что в дороге, а ещё в Шайаре! Действительно стоило возблагодарить Богиню за возможность отдохнуть на перине с лебединым пухом! Мне это было как никогда необходимо.
Глава 3
Во дворце герцога Сагана я провела всего пару дней — не самое тягостное ожидание, — после чего события вдруг приняли неожиданный поворот. И дело вовсе не в возвращении герцога: его я так и не дождалась. А в том, что за мною пришли. Пришли, как выяснилось, люди государственные — из самой канцелярии градоначальства. И я, честно говоря, успела испугаться: уж не нарушила ли я каких-то императорских законов? Быть может, дело в том, что я не оплатила въездных пошлин? Или из-за того (я подумала и об этом), что не поклонилась статуе Императора?
К счастью, оказалось, что боялась я напрасно: чиновники всего лишь желали взять моё дело под свой контроль.
— Сиятельный четвёртый визирь, судья и архисатрап королевы городов, изучив вопрос, — речь глава чиновных визитёров вёл о моём желании предстать перед Императором, — счёл, что дело это никак не частное, и, несмотря на всё почтение, которое питает к герцогу Сагану, искренне просит тебя, добрая Эгина Нисса, принять его гостеприимство, и позволить устроить всё, что следует, ради скорейшего решения вопроса.