Сразу за дверью она уронила потертый медный грош, с оттиснутой на нем головой отца Адомы. Он подпрыгнул и покатился к стене. Она не видела, в какую сторону он приземлился, но орел или решка все равно указывали на восток.
— Что ты делаешь?
— Небольшая мистификация. Пусть думают, что это были переодетые агенты Скифроула.
— Очень неосторожные агенты Скифроула!
— Орда у нас на пороге, все шарахаются от теней, не так уж трудно заставить их бежать не в ту сторону. Пусть думают, что здесь были шпионы и скоро Кулак Адомы придет и откроет городские ворота для их королевы, — сказала Нона. В любом случае, это было недалеко от правды. Она повернулась к возвышающимся полкам.
В пространстве перед полками толстый и слегка сужающийся кусок железного дерева спускался с потолка и уходил в каменный пол. Самый глубокий корень древа Предка, часть золотого арбората, который когда-то раскидывал ветви над собором. Стержневой корень, ведущий обратно к источнику. Нона задумалась, что бы она нашла, если бы стала копать дальше. Она отогнала эту мысль:
— Джула, нам нужна книга!
Джула, с голодным изумлением смотревшая на стопки туго переплетенных томов, резко вернулась в настоящее и начала двигаться между рядами. На полках висели этикетки, относящиеся к книгам, которые они содержали, каждый том был тщательно завернут в кожу скейла, чтобы защититься от сырости. Воздух был тяжелым от плесени и вони покрытой лисьими пятнами бумаги. Маркус начал чихать, и Нона, чувствуя, как у нее тоже начинает покалывать в носу, подошла к двери хранилища и свежему воздуху, проникающему через щель.
— Я буду слушать, не приближаются ли неприятности.
Она ждала, призывая на помощь остатки транса безмятежности, чтобы не поддаться искушению поторопить Джулу. Снаружи Ара и Рули, должно быть, представляли себе всевозможные несчастья, которые могли с ними случиться.
Время ползло, казалось, так медленно, что даже самая глубокая хунска-кровь Ноны не могла похоронить ее между секундами. Она обнаружила, что ее нога постукивает по полу сама по себе. За дверью то ли Эдран, то ли церковный страж издали тихое ворчание, вероятно, сердитый крик, приглушенный бескостным.
Прошло еще несколько мгновений; они медленно растянулись в минуты.
— Ну, как дела?
— Я уже близко. Кажется, я нашла нужный раздел. Но мне придется все развернуть, а потом завернуть обратно, чтобы они не узнали, что нам было нужно.
Раздался далекий крик, и в тот же миг Ара передала сообщение по их нить-связи —изображение солдат, толпящихся в дверях собора наверху.
— Скорее! Кто-то идет! — прошипела Нона.
Отдаленный звук приближающихся на бегу сапог. Много обутых ног.
— Хрен мне в рот! — Нона отступила на шаг и, взявшись за дверь, заперла ее. — Нас обнаружили... — Это казалось невозможным.
— Обнаружили? — Маркус поспешил к ней. — Предок! Они нас всех повесят. Как нас могли обнаружить?
— Нас предали. — Нона оглядела темные углы склепа. Должно быть, их было много, иначе Ара и Рули задержали бы их более эффективно.
— Нам конец. Мы не сможем пройти мимо них!
Нона начала ходить по периметру хранилища, проводя пальцами по стене:
— Джула! Поторопись с этой книгой!
Маркус последовал за ней, паника в голосе:
— Оставьте эту чертову книгу. Если мы не коснемся ее, то сможем сказать, что пришли вернуть другую книгу. Просто переусердствовали... — Он замолчал, услышав, как слабо прозвучало оправдание, произнесенное вслух.
Кто-то снаружи крикнул в наступившем молчании.
— Откройте! — Кулак застучал по железным панелям.
— Маркус, забаррикадируй дверь. — Нона взяла его за плечи и направила обратно. — Скоро они получат другой ключ.
— И как это поможет? — Но он пошел и взялся за лестницу, по которой можно было добраться до верхних полок.
Мысли Ноны метались, разрушая ее безмятежность. Она могла бы пробиться сквозь толпу солдат, заполнивших вестибюль и коридоры за ним, но это вряд ли было бы спасением. Убийство будет добавлено к обвинению в краже. Ее собственные сестры будут посланы, чтобы выследить ее. Все, ради чего она работала, будет потеряно.
Она продолжала расхаживать по комнате, отходя от стены, где этого требовали полки, возвращаясь, чтобы снова прикоснуться пальцами к камню. Камень-работа марджал позволяла делать больше, чем просто манипулировать с камнем. Нона погрузила свои чувства сквозь блоки, выстилающие свод, в землю за ним, смесь грунта и щебня, использовавшегося для фундамента собора. Она двинулась дальше, ее восприятие продолжало искать сквозь стены.