— Сестра Чайник, Сестра Котел, доклад! — Пронзительный визг Настоятельницы Колесо потребовал их внимания.
Чайник заправила выбившуюся прядь рыжих волос обратно в головной убор Яблоко и поспешила к настоятельнице. Нона последовала за ней.
К ее чести, Настоятельница Колесо слушала в мрачном молчании и только хвалила их усилия. Через несколько минут Чайник и Бента снова отправились по приказу Колесо, на этот раз на разведку в поисках любого признака прорыва, где требовалось подкрепление. Нона должна была оставаться рядом и передавать Колесо то, что видела Чайник, несмотря на все протесты и заверения Ноны, что Яблоко может сделать это почти так же хорошо.
Нона стояла и смотрела глазами Чайник, одновременно описывая то, что видела та. Брешей еще не было, но в полудюжине мест битва на стенах постепенно проигрывалась.
— Главная угроза — осадные башни, — обратилась к собравшимся Сестра Сало, словно они стояли на песке Зала Меча. — Император, без сомнения, сосредоточил свои силы у Янтарных ворот, но вы должны были заметить, что даже там стоит слишком мало солдат и они не смогут долго противостоять потоку Скифроула вверх по этим башням.
— Мистическая Сестра могла бы превратить их в угли… Мы видели, на что способна Святая Сестра! — Колесо бросила одобрительный взгляд на Нону, одобрив ее усилия по дороге в город. — Хотя у нас здесь их очень мало.
Мистические Сестры, посвященные в сан в Сладком Милосердии, были отправлены — по приказу Колесо — в распоряжение Первосвященника Невиса и находились то ли на восточном фронте, то ли на западном. Выжил ли кто-нибудь из них, было неясно. Сестра Сковородка смогла подтвердить смерть трех самых могущественных из ее бывших учениц.
Взгляд Колеса скользнул по монахиням перед ней. Сестра Сковородка оглядывалась вокруг с несколько растерянной улыбкой, как будто думала, что они отправились в путешествие на седьмой день. Джоэли пригнулась, возможно, опасаясь, что может поймать стрелу даже здесь. Ее работа с нитями была замечательной, но она не смогла бы взорвать осадную башню. Нона уже прошла по Пути, и второй проход, даже если бы это было завтра, стал бы огромным риском. Колесо подозвала Шерил и Халуму, послушниц из Мистического Класса.
— Сестра Сковородка сказала мне, что вы, девочки, уже ходили по Пути...
Мимо поспешно прошел монах в алой рясе и с длинным мечом в руке.
— Серые Братья подожгли башни! — Он помчался дальше.
Нона поспешила на дорогу, чтобы посмотреть на стену, мимо послушниц, которые с опаской быстро заглядывали за угол улицы. Покатые, покрытые шкурами крыши пяти уцелевших осадных башен высовывались из-за зубцов городской стены. Белый дым вырывался из-за цепных занавесов дверных проемов, выплескиваясь на подъемные мосты, опущенные на стены. Он кружился вокруг отчаявшихся солдат Скифроула, бросающихся в атаку, потому что они больше боялись того, что находилось за ними, чем окровавленной стали тех, кто ждал впереди.
Нона прокричала свои наблюдения Сестре Яблоко и вернулась в укрытие рядом с ней и настоятельницей.
— Как смогли Серые поджечь такие вещи? И невидимыми? — Нона удивленно покачала головой.
— Такое сооружение? — Сестра Сало нахмурилась. — Поджечь тем, что может пронести человек, и пронести незаметно...
— Надеюсь, они ушли, — сказала Нона.
— Нет, — ответила Яблоко. — Они этого не сделали. Им пришлось проникнуть в Скифроул. У них было масло, спрятанное в бурдюках под одеждой. После чего, Предок, возьми их и люби, они, должно быть, подожгли масло внутри строения. Где-то у самого дна, но не слишком близко от входа.
Потребовалось полчаса, чтобы очистить стены от Скифроула. К тому времени осадные башни превратились в столбы пламени, которые начали рушиться сами по себе. Чайник доложила, что осаждающий Скифроул отступил, чтобы присоединиться к большей части орды, бросив свои лестницы и крюки перед стенами среди груды тел павших. Нона наблюдала за отступлением глазами Чайник, приглашенная войти, когда Серая Сестра заняла место на стенной башне.
— Смотри! — Рули потянула Нону за руку, отрывая от видений.
По широкой, мощеной Королевской дороге, названной так во времена, предшествовавшие империи, приближаясь странная группа, одетая в одежды одного бледного цвета, но не двух одинаковых оттенков. Они двигались медленно, почти неохотно. Во главе их шел седовласый мужчина с молочно-белыми глазами и толстой кожей, покрытой старыми ожогами. Нона его знала.