— Он мне действительно нравится. Ты знаешь, что нравится. Он мне понравился с самого начала. Но он… он очень долгое время жил, думая только о себе.
Я воздерживаюсь от немедленного ответа. Заставляю себя мыслить ясно. Затем говорю:
— У него были на это свои причины.
— Я знаю, что были. Точно так же, как у Коула были свои причины никогда не связывать себя обязательствами и не оставаться на одном месте. Отсутствие места, к которому он привязан, не делает человека плохим. Но это делает его опасным выбором для влюбленности. Я не хочу, чтобы тебе было так же больно, как мне, Брианна, — теперь она хриплая и взволнованная. — Я знаю, что ты далеко не так наивна и неопытна, какой была я, когда Коул разбил мне сердце, но у тебя не больше опыта в настоящих интимных отношениях, чем у меня. Для тебя это в новинку. И ты так далеко зашла. Ты так хорошо справилась. Ты всегда была такой сильной. Такой храброй. Ты всегда защищала меня.
Теперь из ее глаз текут слезы. От них у меня щемит в груди.
— Дел.
— Прости, — она быстро вытирает слезы. — Прости, что я так расплакалась. Но я хочу, чтобы ты меня выслушала. Ты долгие годы жертвовала своей жизнью и всем, чего хотела, чтобы заботиться обо мне. Но я тоже хочу защитить тебя. Теперь у тебя есть жизнь. Жизнь, которая, как я думала, тебе нравится.
— Это правда.
— И я не вынесу, если твое сердце будет разбито, когда ты наконец-то можешь жить для себя.
Мне требуется минута, чтобы подобрать нужные слова. Ее эмоции расстраивают меня, как и то, что она говорит.
— Я понимаю это. Я правда понимаю. И я не хочу отказываться от всего, чем обзавелась для себя за прошедший год. Но в некотором смысле я убегала от настоящей жизни. И… и то, что я была с Эйданом, напомнило мне, что, возможно, мне и не нужно этого делать. Я хочу быть счастливой, Дел. Но я думаю, что с ним я могу быть счастливее.
— Хорошо, — она явно пытается справиться со слезами. — Ладно. Я доверяю тебе. И я хочу доверять и Эйдану тоже, но я еще не совсем в этом уверена. Все произошло… быстро.
— Я знаю. Тебе пока не обязательно доверять ему. Но можешь ли ты, по крайней мере, доверять мне?
— Да. Просто… Позволь мне сказать еще кое-что.
— Что именно? — я странно нервничаю, ожидая услышать это.
— Причина, по которой Коул разбил мне сердце, заключалась не в том, что он не хотел меня. Не в том, что я была ему безразлична. А в том, что у него был другой приоритет, ради которого ему пришлось пожертвовать всем остальным, и он еще не был готов отказаться от этого приоритета. Долгие годы брат был для него главным, и он не мог отказаться от этого.
— Я знаю это. И я также знаю, что он изменился. Теперь ты для него главное.
— Да. Но на это у него ушло два года.
— У Эйдана нет брата. У него нет… никого, кроме меня.
— Я верю в это. Но все это время он жил с одним приоритетом. Заботиться о себе. Он никогда не был злым человеком, но и не позволял себе быть хорошим. Им руководило чувство самосохранения. Ты уверена — ты абсолютно уверена — что он изменился в этом отношении? Что он не допустит, чтобы чувство самосохранения оказалось для него важнее, чем ты?
Весь мир содрогается от напряжения в моей груди, в моем сердце.
— Я… Я действительно верю, что он изменился.
— Окей.
— Чувство самосохранения никогда не описывало его на самом деле. Это был просто способ, с помощью которого он смог справиться с жизнью и травмами. И он, наконец, смог забыть об этом. Он доказал мне это.
— Хорошо, — она снова сжимает мое предплечье. — Ладно. Тогда я рада за тебя.
— Рада ли? — я пристально смотрю на нее, пытаясь понять правду.
— Да. Я все еще немного волнуюсь, но я могу это преодолеть. Он мне всегда нравился. Ты это знаешь. И я думаю, что вы двое хорошо подходите друг другу. Некоторое время назад я сказала Коулу, что причина, по которой вы двое так сильно раздражаете друг друга, заключается в том, что вы так похожи. Такое ощущение, будто вы не совсем стыковались, но как только состыковались, все стало идеально.
Это заставляет меня усмехнуться. Мне нравится этот мысленный образ.
— Можно и так описать это.
— Просто будь осторожна со своим сердцем.
— Непременно. Ты же меня знаешь. Я всегда осторожна.
Слова знакомые. Я уже говорила их Дел раньше. И не раз. И раньше они всегда были правдой.
Но я изменилась так же сильно, как и Эйдан, и я не хочу всегда держать жизнь на расстоянии вытянутой руки из-за страха, что это может причинить мне боль.
Я хочу настоящей жизни. И единственный способ добиться этого — это наконец-то рискнуть своим сердцем.