— Я уже ездила на нём, — сказала Андора. — Он хороший.
Роман чуть не подавился от неожиданности. Впервые он повстречал Бурана на севере, в мире людей, недалеко от Великих озёр. Стоял тихий зимний день, мягкий и снежный. С неба сыпались лёгкие снежные хлопья. Внезапно с неба посыпались крупные снежные комья. Завыл ветер, заснеженное поле смешалось с заснеженным небом, и мир погрузился в ослепительную метель. А потом, когда он поднял руку, чтобы прикрыть лицо, из бушующей вьюги возникла гигантская фигура, вцепилась зубами в руку Романа и втянула его прямо в Нави, потому что Морена хотела с ним поговорить.
Буран повернул лохматую голову и посмотрел на Финна.
Глаза Финна расширились. Он забрался на зверя, и волк молнией помчался по мосту. Лебедь спрыгнул с руки Морены, в мгновение ока, превратившись снова в овчарку, и погнался за Финном и волком.
Морена пристально посмотрела на Романа.
— Такой простой урок, а ты так долго его усваивал.
— Пять раз, — сказал он. — Я немного тугодум, но меня можно научить.
Богиня улыбнулась.
— Глупый мальчишка. Если я чего-то и не выношу, так это видеть человека в рабстве. Особенно если он сам себя в этом винит.
Он знал.
— Ты — мой подарок мужу на Коляду. Теперь ты можешь быть таким, каким он пожелает тебя видеть.
— Для меня это честь, — сказал Роман.
— Что ж, он это заслужил. Он так меня любит.
Морена запустила руку в свой широкий рукав и достала нежный ледяной фрукт. Зимнее яблоко, мягко сияющее голубым и белым. Поцелуй богини, карт-бланш на одно желание.
— Ты молодец, что привёл ко мне мальчика.
Она положила яблоко на ладонь Романа.
Любое благо, которое он пожелает.
Роман изучал яблоко.
Любое благо, которое она в силах даровать.
Он взглянул на Морену.
— Ты уверен? Ты же знаешь, что я нечасто их раздаю.
— Я уверен, — ответил он.
Морена покачала головой.
— Самое доброе сердце болит сильнее всего, Роман.
— Обещаю, что после этого его закалю.
Богиня вздохнула и щёлкнула пальцами. Яблоко полетело в сторону Фарханга и рассыпалось над ним дождём из снежинок. Пространство за магавом раскололось, разверзлось, поглотило его и сомкнулось.
В широком дверном проёме, ведущем к дереву и балкону, возникла огромная тёмная тень. Его чёрный плащ развевался. Свет гирлянд Морены играл на его чешуйчатых доспехах. Бог Последнего Конца ступил на балкон.
Пора прощупать почву. Роман встретился взглядом со своим богом.
Злой?
Левый уголок суровых губ Чернобога дрогнул. Ответ вспыхнул в сознании Романа.
ТЫ — МОЙ ВОЛХВ.
Романа охватило странное чувство. Ему показалось, что мир слегка накренился, а теперь внезапно выпрямился. Сила наполнила его, принося облегчение, покой и надежду.
Морена одарила его язвительной улыбкой.
— Вам двоим лучше уйти. Я пришлю к вам Финна после того, как мы поговорим.
Нави разорвался пополам.
Роман открыл глаза. Он стоял на крыльце своего дома.
Двор был усеян выбоинами, земля была перепахана в разных местах, и кое-где из неё всё ещё сочилась кровь. Из земли торчали останки костяных рук. Крыльцо представляло собой груду разбитых досок, покрытых подпалинами от жёлтой слизи. В гостиной было разбито окно. Дверь и передняя стена были изрешечены.
И они до сих пор не знали, откуда пришли жрец с воином и попытаются ли они вернуться.
Он вздохнул.
Дверь позади него скрипнула. Фарханг, пошатываясь, вышел на свет, его лицо было растерянным и бледным. Вместе с ним на крыльцо высыпала стая нечисти, во главе с Роро.
— Я… это я. — Фарханг улыбнулся Роману. — Я это я, друг мой!
Он подхватил одного из коловерши и закружил с ним. Зверёк заверещал. Фарханг отпустил его и, широко раскинув руки, наполовину побежал, наполовину прыгнул во двор.
Коловерши последовали за ним. Роро задумался, подошёл к Андоре и лизнул её руку.
— Роро.
Андора рассеянно погладила Роро по голове.
Железный пёс нерешительно вышел на крыльцо. За ним, щурясь от солнечного света, выползла анчутка.
Фарханг рассмеялся, описывая в воздухе странные круги.
— Как долго, по его словам, он там пробыл? — спросила Андора.
— Он считает, что три года.
— А. Это объясняет его радость.
Фарханг спустился по подъездной дорожке, перепрыгнул через лужу слизи, в которой лежал снайпер-наёмник, и скрылся в лесу, размахивая руками. Коловерши, следующие за ним, явно забеспокоились.