Игнат похлопал по богато украшенной колонне, проходя мимо. Он признался себе, что, возможно, немного вспылил во время того раннего колядного обряда, но будь он проклят, если позволит разглагольствованиям избалованного, неблагодарного мальчишки поколебать устои общины. Такое дерьмо нужно пресекать в зародыше, пока не нарушено равновесие. Александр переживёт это. Не в первый раз он становился публичным примером.
Игнат подошёл к главному входу. Ученик волхва ждал у двери, держа в обеих руках боевой молот Игната. Игнат выхватил молот из рук юноши и взмахнул им. Знакомая тяжесть легла в его ладонь.
Ученик распахнул дверь. Игната обдало холодом. Он поморщился и шагнул в дверной проём.
Снаружи землю покрывал свежий слой снега. Он не помнил, чтобы шёл снег.
Ладно, это был действительно большой волк. Огромный, если честно. Размером с лошадь. Однако подросток, сидевший у него на спине, выглядел гораздо менее внушительно. Ему было лет пятнадцать или около того. Худенький.
Большой волк или нет, но ему ещё не встречалось животное, способное выдержать удар его молота.
Игнат нахмурился.
— Что такое?
Мальчик уставился на него. У него были очень необычные глаза — странного зелено-голубого оттенка.
— Вы Игнат, волхв Сварога?
Высокомерный панк.
— Меня зовут Игнат Трофимович Казарин. И да, это я. Кто спрашивает?
— Зима передаёт вам привет.
Мальчик открыл рот. Магия закружилась вокруг него, словно снежная вьюга.
Игнат схватил волхва-ученика и повалил его на снег.
Ужасный вопль, полный отчаяния и боли, сотканный из предательства, страха и обиды, то был крик божественного дитя, брошенного, униженного и отчаявшегося. Он сжал сердце Игната в своих магических объятиях и сжимал до тех пор, пока из глаз Игната не потекли слезы. Его гордость была уязвлена, высокомерие растоптано. Горячая, безысходная тоска наполнила его, и он не мог думать ни о чем, кроме того, как найти источник боли и обнять его, пытаясь защитить от всех угроз и печалей.
Он едва заметил звук бьющегося стекла.
Вой прекратился. Игнат поднял голову и стряхнул снег с глаз и бороды. Волк и мальчик исчезли.
Волхв Сварога медленно и неуверенно поднялся на ноги. Красивые витражи лежали на снегу в осколках, разбитые на тысячу частей.
Стоявший рядом с ним ученик волхва развернулся и сел на снег, рыдая.
— Вытри слёзы, Филипп, — сказал ему Игнат.
Филипп вытер лицо рукавом.
— Что нам теперь делать?
— Теперь ты позвонишь стекольщикам и закажешь замену окон. А я пойду домой. Нам с сыном давно пора поговорить по душам.
Конец