Так в нашей компании стало на одну душеньку меньше.
Оставшись втроём и зло порассуждав о присущей профессии журналиста продажности, мы поделились мыслями о возможном гендерном составе высших чинов Нижнего хозяйства. Вдохновлённый своим кратким общением с Их Бабским превосходительством, очень впечатлённый и ею, и её 'Напутственным словом', я сделал, как мне показалось, слишком смелое предположение:
- А Хозяин ли - первое лицо в Нижнем хозяйстве?
Но вот Андрей не очень-то и удивился:
- Хочешь сказать, что первым лицом может быть и Хозяйка? Действительно, а почему бы и нет, - не исключал он такой возможности. - Вот и на Земле бабы забирают себе всё больше власти. Если и дальше так дело пойдёт, то скоро у руля всех государств только они и будут стоять.
Евгений Семёнович считал это явление на Земле временным:
- Такое возможно только при относительно спокойной международной обстановке. А как только появятся первые признаки хорошенькой мировой заварушки, они сами уступят мужчинам всю свою власть и вспомнят, что их удел - дети, церковь и кухня.
- Да, трудно представить, что женщина нажмёт на красную кнопку в своём ядерном чемоданчике, - согласился с генералом я. - Это не микроволновку или стиральную машину включать.
- Но, может, потому и нажмёт, что не будет понимать всех последствий этого, - Андрей относился к бабам у власти подозрительней, чем мы с генералом Караевым.
Пришли к выводу, что в аду, по определению, никогда не может быть спокойной обстановки и поэтому первое лицо в Нижнем хозяйстве - всё-таки Хозяин. А вот каков гендерный расклад среди его ближайшей свиты и в администрации преисподней - это как знать. Учитывая насыщенность этого хорошо отапливаемого местечка котлами да сковородками, его ведь и большой кухней можно назвать. А кому хозяйничать на кухне, как ни бабам?
Ладно, ещё увидим, кто действительно хозяйничает на адской кухне.
...По мере продвижения очереди к окошку регистратуры, наша поредевшая компания всё больше осваивалась на Сортировочной. Спокойные, без наклонностей к повышенным тонам и скандалам - мы были желанными собеседниками для желающих пообщаться.
Как-то к нам подошёл один словоохотливый дядечка, намного дольше нас обитающий на Сортировочной. Мы уже не раз видели его живо беседующим в других компаниях. Преисполненный всяческой информации, в этот раз он решил поделиться ею с нами.
Подойдя, он сразу игриво предложил нам то, что, вероятно, не раз предлагал и другим:
- А спорим, господа, среди вас обязательно отыщутся мои бывшие однопартийцы. Члены какой партии есть среди вас?
- Ну, я был членом коммунистической партии, - нехотя ответил Евгений Семёнович; ему не понравилось такое панибратство, и он вначале даже демонстративно отвернулся от нашего нового собеседника.
- Был-был! И коммунистом я был. А после того, как эта партия деградировала, хотите верьте, хотите нет, членом ещё семи партий успел побывать. Да-да, семи! С каждым разом одна либеральней другой были эти партии.
Было заметно, что Евгению Семёновичу походя и небрежно упомянутая 'деградация' резанула слух, но, по нашему общему обыкновению, скандала устраивать он не стал.
- Может быть, и членом партии любителей пива успели побывать? - припоминал я самые курьёзные политические сборища щедрых на таковые 90-х годов.
- Успел-успел! - радостно воскликнул наш собеседник. - А потом - и членом партии любителей отечественного пива, которая откололась от основной части партии. Кстати, едва ли были в то время более непримиримые политические враги, чем эти две партии.
- Эх-ма! - усмехнулся Андрей. - Что это вас так качало?
- Да, шарахался из стороны в сторону. Как и многие другие был опьянен политической свободой, - но патриот отечественного пива тут же пренебрежительно махнул рукой:
- А-аа, партии! Одно название. Дискуссионные клубы, говорильни, а не партии настоящие. Никакой дисциплины. Кто в лес, кто по дрова. Таким партиям никогда не быть во власти. Так, мельтешат для выборного фона, да вожаков своих придурковатых пиарят. Всё-таки, что бы там ни говорили, а коммунисты прошлых времён, коммунисты большевистской масти - вот это да, вот это настоящая была партия!
Вижу, что Евгению Семёновичу совсем не хочется говорить на эту тему. Поговорю-ка тогда я:
- Это верно. Что-то, а дисциплинка у коммунистов большевистской масти была во главе угла. Все партийные директивы - строгий закон. Если партия прикажет, каждый ее член обязан быть готовым на все. Хоть кишки кому-нибудь выпустить. Даже другому члену коммунистической партии...
Андрей усмехнулся моим комплиментам дисциплинке у коммунистов большевистской масти, а Евгений Семёнович очень укоризненно посмотрел на меня, но ничего не сказал.
- Да, что касается строгости - тут у коммунистов старой закалки были крепкие традиции, - охотно поддакнул господин, побывавший членом семи партий. - Отстаивая свои принципы, они ни чужих, ни своих не жалели. А в тех, в которых я потом побывал... Что вы! Какие там кишки? Прикажет партия одному своему члену всего лишь прилюдно плюнуть в лицо другому ее члену - и то дискуссия на полгода развернется. За это время и плевать-то расхочется. Поэтому и умирают такие партии. Без строгой дисциплины такие отмирания неизбежны. А строгость и дисциплину любой партии придаёт вождь. Проверено, если нет у партии настоящего вождя - не будет в ней и дисциплины. У наших, российских, либералов во все времена не было ни настоящего вождя, ни настоящей дисциплины. Поэтому они и проиграли власть большевикам в 1917 году. Нет, чтобы отправить на вечную каторгу, а ещё лучше на виселицу жалкую кучку лживых горлопанов, так и страну отдали им на убой, и сами потом под нож пошли.