- Можно начать с любой крупной площади столицы, - не сомневался товарищ Букин. - С любой доведём народ до Кремля.
Товарищ Хилых сделал это предложение более идеологически и символически верным:
- Правильней будет собрать народ у главного памятника Ленину на Калужской площади, там вооружить и оттуда начать движение.
- А если не соберёте нужное количество народа? - спросил я.
Товарищ Букин не уходил от острых вопросов:
- Пусть движение от Калужской площади начнёт не очень много революционеров, но по дороге на Кремль они будут множить свои ряды жителями тех кварталов, через которые будут проходить.
- А если жители этих кварталов не захотят множить собой ряды революционеров? - спросил Моня. - Ни голода у них, ни войны, ипотеку не берут...
На помощь товарищу Букину пришёл товарищ Хилых:
- Мы поможем им осознать необходимость такого гражданского поступка.
- Каким образом? - спрашивает Моня.
Товарищ Хилых объяснил:
- Впереди колонны революционеров будут идти наши дружинники. Они призовут присоединиться к колонне не только стоящих на тротуаре людей, но и обойдут все жилые дома вокруг с тем же призывом к гражданам.
- А если ни те, ни другие всё-таки не захотят присоединяться? - теперь уже я стал капризничать за граждан.
- Что значит - не захотят? - как-то очень обиженно спросил товарищ Букин. - Революционеры идут брать для них власть, а они, видите ли, не захотят поддержать это выступление, - и он с удивлением посмотрел на товарища Скалина, ожидая какой-то поддержки.
Но руководитель НПБУ не поддерживал пока ни одну из сторон в организованной им военной игре.
Товарищ Хилых подсказал, как надёжней всего получить такую поддержку:
- Наши дружинники получат такие инструкции, которые сделают такие отказы чрезвычайно редким явлением.
- Вся инструкция - 'маузер' под нос? - не сомневался Моня.
Товарищ Хилых подтвердил:
- Да, и такой пункт должен быть в этой инструкции. Заключительный. Если граждане по-другому понимать не будут.
Если дружинники НПБУ будут добросовестно выполнять партийную инструкцию, то так ведь и дошагает мобилизованный 'маузером' народ до Кремля. Припоминаю, что это военная игра и пора применить силу с нашей стороны:
- Уже в начале Якиманки, напротив французского посольства, вашу колонну будет ожидать многочисленный отряд милиции. Соотношение сил - один к одному.
- Обычная милиция? - пренебрежительно переспросил товарищ Букин. - Это когда обычная милиция справлялась с революционными массами. Ей только с бабками-торговками воевать.
Очередь Мони играть за силовиков:
- У пересечения Якиманского проезда с Большой Полянкой будет сосредоточен СОБР. А это вам не обычная полиция. Чуть что, сразу - в печень!
Товарищу Хилых и СОБР нипочём:
- А у нас к этому времени впереди колонны будут сосредоточены инвалиды. Преимущественно - колясочники. С приказом ломиться напролом.
Хорошо играют товарищи Букин и Хилых - не абы кого вытаскивают из своих квартир с помощью маузера. Мало того, что колясочнику и в печень не так легко попасть, так тут ещё и моральные преграды у СОБРа возникнут.
- А кто не выполнит приказ ломиться напролом, станет ещё большим инвалидом? - не сомневается Моня.
- Ну а что вы хотели? - развёл руками товарищ Букин. - Без надлежащей дисциплины и турпохода быть не может, а уж революционный поход на Кремль...
Я уведомляю восставших:
- Напротив кинотеатра 'Ударник', перед входом на Большой Каменный мост, вас будет ожидать элитный спецназ. Сущие звери без всяких моральных ограничений.
Моня уточняет физические и моральные качества зверей из спецназа:
- Средний рост личного состава - 190 сантиметров, вес - 90. У них есть и спецсредства, и дубинки, и огнестрельное оружие, но эти ребята и одним ударом кулака валят с ног быка. А здоровенный бык перед ними или хрупкая женщина - им на это наплевать.
Товарищ Хилых и к этому был готов:
- А у нас к этому времени уже будет полный автобус заложников.
Спрашиваю, хотя ответ очевиден:
- А заложников вы откуда возьмёте?
Товарищ Хилых подтвердил мою догадку:
- Большевики всегда брали в заложники тех, кто ближе всего, кто оказался в этот момент под рукой. Не бегать же за ними по городам и весям. И вполне возможно, что среди заложников могут оказаться, например, иностранные туристы.
- И тогда, будь ты хоть трижды элитный и без всяких моральных ограничений спецназ, а пропустить колонну придётся, - усмехнулся товарищ Букин.
Мы с Моней посовещались немного, и я озвучил наш следующий шаг за силовые структуры:
- Хорошо, Большой Каменный мост мы вам ещё позволим пройти, но у входа в Александровский сад выставляем ещё и 'Альфу' с приказом 'Ни шагу назад!'
Препятствия только раззадоривают товарища Букина:
- А мы демонстративно выводим из автобуса первого заложника...
Товарищ Хилых настроен ещё более решительно:
- Лучше выводить заложников сразу пятёрками. Угроза ликвидации только одного едва ли заставит отступить 'Альфу'.
- А если 'Альфа' и тут не дрогнет? - спрашивает Моня.
Товарищ Букин играет с огоньком и в переносном, и в буквальном смысле:
- Тогда поступаем так. Женщин и малолетних детей, так и быть, из автобуса выпускаем. А заложникам, оставшимся внутри него, выбраться не позволяем и обливаем автобус бензином.