- А порой эта идеология пробивается в такие дикие дебри, в которых и про штаны ещё ничего не слышали.
Что уж там говорить - грубоватая получилась импровизация с очень сомнительным содержанием. Всё-таки человек везде сначала обзаводится штанами, и только потом - идеологией. Чаще всего той, которая и облагодетельствовала его портками.
Беседа, наполняемая всё новыми взаимными обещаниями, к своему окончанию вплотную подвела стороны к состоянию закадычных друзей, которое пока просто не стали официально оформлять.
Я проспорил Васе и Моне, утверждая, что этот вопрос высокому африканскому гостю задан не будет, но в подготовке ответа на него тоже участвовал.
Этот вопрос был задан ни кем-нибудь, а самим товарищем Скалиным:
- Известно ли господину Фадилу что-нибудь о майоре Лукише, бывшем советском военном советнике?
Подготовка ответа на этот вопрос стала для нашей заговорщицкой компании весёлым творческим упражнением. В первом варианте, самом трагическом для майора Лукиши и самом, как мы предполагали, приятном для товарища Скалина, 'господин Фадил' должен был предоставить ему копию протокола собрания президиума Фронта социальной справедливости. В нём было бы написано: 'Слушали: о полном развале майором Лукишей военной и политической подготовки личного состава ФСС, приведшему к катастрофическому уменьшению размеров Освобождённой зоны. Постановили: применить к майору Лукише исключительную меру наказания - его коллективное поедание всем личным составом ФСС'. Но потом мы решили, что такой 'рояль в кустах' для 'господина Фадила' при ответе на вопрос выглядел бы подозрительным. Да и нечего баловать товарища Скалина - мы не позволим даже понарошку съесть хорошего в общем-то русского мужика, заблудившегося в жизни. И вот теперь 'господин Фадил' озвучивает наш окончательный вариант ответа, который я перевожу:
- Как вы сказали - майор Лукиша? Это не тот советник, который назвал свою африканскую жену Резолюцией, а всех своих пацанов от неё - Ваньками?
- Да, - подтверждает товарищ Скалин. - Тот самый. Так что же вы о нём слышали, господин Фадил?
- Я слышал, что руководство Фронта социальной справедливости, при всём уважении к прошлым заслугам майора Лукиши, очень недовольно его нынешней работой. И на специальном своём заседании запретило товарищам Лукише и Резолюции рожать следующих Ванек до тех пор, пока продотряды ФСС, возглавляемые майором, не смогут обеспечить их и остальное население Освобождённой зоны достаточным питанием.
...Провожали господина Фадила как друга, пусть ещё и не закадычного. И с просьбой, если такая возможность представится, выразить майору Лукише и его супруге сочувствие в связи с запретом на дальнейшее размножение ими Ванек. Интонации этой просьбы господин Фадил понял, и тоже, скорее интонациями, чем словами обещал исполнить эту просьбу должным образом.
...У 'шпиков' - ничего дегенеративного в лицах. Интеллигентные на вид молодые люди.
После соответствующих приготовлений, по знаку режиссёра Млынского, актёры прямо в кабинете вождя НПБУ стали играть сцену, в которой они упустили из вида товарища Скалина и его верного телохранителя товарища Василия.
Вот шпики, как бы всё ещё сохраняя в поле зрения своих подопечных, остановились, прикуривая один у другого. Но вот они потеряли их из виду. Весьма достоверно было сыграно нарастание у шпиков недоумения - как же такое могло произойти. Мимика была точной, выразительной. Потом - стремительные броски того и другого туда-сюда, возвращение на прежнее место. Иногда ребятки всё-таки переигрывали - производили такие низкие наклоны и так внимательно глядели себе под ноги, будто они не только присматривались, но даже принюхивались к потерянным следам. Потом удивлённые оглядывания по сторонам переродились во всё более укоризненные и злые взгляды друг на друга. А затем - слово за слово, упрёк за упрёком, и шпики, обвиняя другу друга в провале слежки, стали драться. Дрались с огоньком, профессионально, правдоподобно. Победивший, пиная проигравшего, и тут не растерял интеллигентских замашек. Он при этом не зло матерился, а мягко повторял: 'Шляпа вы, батенька, шляпа!'
Всем присутствующим в кабинете соратникам вождя НПБУ игра актёрами-шпиками своего провала понравилась. Кое-кто даже в ладоши хлопнул пару раз.
А товарищ Скалин закурил, встал со своей табуретки, молча походил какое-то время взад-вперёд по кабинету, а потом спросил у режиссёра:
- А почему в вашем кинофильме, господин Млынский, товарищ Скалин должен будет как заяц бегать от шпиков? Разве это не будет унижением для товарища Скалина?
Очень неожиданной стала эта реплика для Млынского. И мы с Васей не ожидали её.
С подобающей угодливостью режиссёр спросил:
- А что вы предлагаете, товарищ Скалин? Как, по-вашему, следует изменить весь этот фрагмент фильма - вашу встречу со шпиками?
- Я, господин Млынский, предлагаю сделать встречу товарища Скалина со шпиками более лаконичной. Разве не этому учит нас классика: краткость - сестра таланта.
- Абсолютно с вами согласен, товарищ Скалин. Но как сделать её более лаконичной? Уменьшить хронометраж драки?
- А драки, господин Млынский, и вовсе не надо. А то подерутся, помирятся и снова станут следить за товарищем Скалиным. Я предлагаю избавить товарища Скалина от слежки этих шпиков раз и навсегда.
- Каким способом, товарищ Скалин?
- Способом их ликвидации. Нет шпиков - нет проблем, - спокойно ответил вождь НПБУ.
Классики едва ли предполагали, что лаконизма в искусстве можно достичь и таким вот способом. А ведь действительно: сколько и сколько художественных произведений только бы выиграли, если бы их авторы не медлили с ликвидацией сомнительных персонажей.
На какое-то время в кабинете установилась тишина.