Сектантам гравий не понравился. Перемещаясь между строений, они пытались ступать осторожно, но мелкие камешки подводили. После нескольких подобных шагов каждый принимал одно и то же решение — броситься напролом, не обращая внимания на шум. Им явно казалось, что излишняя осторожность опаснее, чем бесстрашный бросок вперед.
Отдаленная сирена смолкла. Патрульная машина разбиралась со стрельбой по «Эксплореру», а может, с чем-то еще, вовсе не имеющим отношения ни ко мне, ни к поисковой команде у меня на хвосте.
Прислушиваясь, не лезет ли кто по лестнице, я силился понять, каким образом эти люди находили меня снова и снова. После событии в Неваде они задумали отомстить и, чтобы дотянуться до меня, использовали все свои немалые ресурсы, все свои связи, начиная с политических кругов и закапчивая правоохранительными органами. Если бы они проведали о коттедже на побережье, где я жил пару месяцев, то попытались бы убить меня там. Они знали о «Большом псе», но явно понятия не имели, что тот дожидался своего часа в гараже коттеджа.
Левой рукой я нащупал на конце цепочки крошечный серебряный колокольчик. Вытащил его из-под футболки и зажал между большим и указательным пальцами. Стук сердца замедлился, страх ослабел.
Если мой враг с миллионами глаз остался слеп, когда речь зашла о коттедже, если пас не смогли там обнаружить, то неудача сектантов наверняка была связана с Аннамарией. Чем больше я размышлял, тем сильнее мне казалось, что в компании Аннамарии я не просто находился в безопасности, но и оставался для них невидимым. Почти с первого дня нашей встречи я знал, что она была большим, чем казалась, что ее странные слова в действительности обернутся простейшей истиной, если только понять, кто она такая, и осмыслить их, в соответствии с ее личностью. VI вспомнил, что говорила миссис Фишер: «Что бы ты пи думал, я всего лишь человек. Аннамария тоже человек, хоть и не обычный, как ты, несомненно, подозреваешь». Человек, но при этом больше чем человек. Человеке необычными способностями, по сравнению с которыми, если познать их в полной мере, мои паранормальные умения покажутся жалкими.
Мои преследователи все так же хрустели гравием, по уже не с таким пылом, как прежде. Число их тоже уменьшилось. От самого большого здания, которое я обследовал первым, доносились голоса, но я не мог разобрать слов.
Я вертел миниатюрный колокольчик между большим и указательным пальцами, наслаждаясь его гладкостью. Он оставался приятно прохладным. Ни теплая ночь, ни жар моего тела, ни трение гладкого серебра о пальцы не могли украсть его прохладу.
Итак, мотоцикл «Большой пес». Еще с марта, еще с Невады, я знал, что рано или поздно вернусь в Пико Мундо и что у сектантов имеются какие-то планы на мой родной городок. Еще я знал, что должен совершить эту поездку в одиночку и самостоятельно избавиться от угрозы — или не избавиться. Моя судьба, не важно, сбудется ли обещание на карточке гадалки, зависела от этого успеха или неудачи. Миссис Фишер настаивала на покупке автомобиля, но я беспокоился, что тогда Тим и Аннамария твердо вознамерятся отправиться вместе со мной. Я бы ни за что не подверг их такому риску. Кроме того, Блоссом Роуздейл продала свой дом в Магик Бич и собиралась присоединиться к нам, как только закончит все дела. Я не мог подвергать опасности и ее тоже. И наконец, что важнее всего, я не хотел полагаться на защиту, которую обеспечивало мне непосредственное присутствие Аннамарии. Это моя битва, и я должен был выиграть или проиграть ее собственными усилиями, собственными решениями, верным или ложным проявлением собственной свободной воли. Поэтому вместо автомобиля миссис Фишер купила мне «Большого пса».
Сектанты отыскали меня, когда я ехал домой, в Пико Мундо. И отыскали еще несколько раз после, причем не все их достижения можно отнести на счет обратного психического магнетизма. Если считать, что все так, как верят они, их покровитель — князь мира, а они способны черпать, по крайней мере, часть его темной силы. Может, затея найти и убить некоего повара блюд быстрого приготовления, обладающего парочкой несущественных психических способностей, которые не до конца ему подчиняются, — вовсе и не война для них, а забавная игра. Вполне возможно, что, несмотря на все богатство, ум, преданных друзей и мужество миссис Фишер, сектанты безнадежно нас превосходят.
Двумя этажами ниже шорох шагов по гравию стих. Я слушал, прикидывая, ушли они или просто затаились, дожидаясь, пока я выйду из укрытия. Голоса у главного здания смолкли еще парой минут раньше.