— Как все вокруг нас, если смотреть правильно.
Песчанка вспорхнула с его руки, и Тим вскочил ни ноги, наблюдая, как птичка взмывает в небо.
— Сегодня во время ужина с Блоссом… — сказал я.
— Да?
— Вы покажете мне фокус с амарантом? Вы обещали показать, мэм, но так и не показали.
— Это не фокус, странный ты мой. Это кое-что получше.
— Так вы покажете?
— Не сегодня вечером. Но скоро.
Улетая прочь, повторяя свое фьюить-фьюить-фьюить, песчанка превратилась в точку, а потом и вовсе исчезла, но, конечно, в тот owe миг неожиданно появилась на виду у тех, кто находился на берегу дальше к северу.
— Мэм?
— Да, Одди?
— Вы знаете истинную и скрытую природу мира?
— А ты как думаешь?
— Думаю, знаете. Наверное, я никогда ее не познаю. Не считая английского, я не очень-то хорошо учился в школе.
ГЛАВА 46
Рана на моей ладони была шириной больше дюйма и немного уже на тыльной стороне кисти, откуда вышло острие. Кровь текла, но не так сильно, как если бы безымянная девушка, напавшая на меня, перерезала артерию или вену. Можно сказать, повезло, потому что у меня не было времени ехать в неотложку.
На первом этаже дома Эйнсвортов, в выдвижном ящике под раковиной в ванной, я обнаружил аптечку первой помощи. Лейкопластыри, марлевые салфетки, спирт для протирания, йод…
На тумбочке рядом с этой раковиной стояла декоративная бутылочка с жидким мылом. Я открыл краны, отрегулировал температуру воды, чтобы она была теплой, но не настолько, чтобы обострить боль в ране. Мыло пахло апельсинами. Намыливать раненую руку оказалось примерно так же весело, как сунуть ее в осиное гнездо.
Смыв пену, я продолжал держать руки под струей воды. Так можно было стоять всю ночь. Видимо, я находился в шоке. Я будто отключился, глядя на то, как в раковине пенится вода и сверкают розоватые пузырьки. Я сделал воду слишком горячей, и чем дольше держал под ней ладонь, тем сильнее жгло рану. Но я все равно стоял, смотрел на быстрый поток, морщась от боли, и терпел, поскольку меня охватило ощущение скорого откровения — откровения, имеющего отношение к воде, крови и боли. Я знал нечто важное, но не понимал, что именно знаю. Вода, кровь, боль…
Ощущение прошло, но боль осталась. Я не из тех, кому откровения давались легко.
Оставив воду включенной, я плеснул на входное и выходное отверстия раны спиртом для протирания, а затем йодом. Сквозь мои стиснутые зубы все время вырывались скулящие звуки, совсем не подобающие мужчине.
Я обернул левую ладонь маленьким полотенцем, чтобы не закапать кровью мраморную столешницу и пол. Правой рукой приготовил марлевые салфетки. Нашел пузырек с густой пахучей жидкостью, с кисточкой на крышке: такой жидкостью замазывали мелкие сочащиеся ранки, получалось что-то вроде пластичной искусственной кожи. Для серьезных порезов, в которые с лезвия могли попасть бактерии, это средство не подходило. Прививка от столбняка у меня имелась. Даже если запечатать в ране микробов, умру я не от заражения. Чтобы распространиться, инфекции требуется время, а я сомневался, что для этого его осталось достаточно. Медицинский клей высыхал быстро, и я наносил слой за слоем. Кровотечение на какое-то время прекратилось. Я наложил марлевые салфетки и обмотал лейкопластырь вокруг ладони.
Все это время я слушал, как невыключенная вода течет в раковину, булькает, попадая в сливное отверстие. В этих звуках мне слышались слова, торопливый мелодичный голос. Мне казалось, что все зависит от того, пойму ли я сказанное.
Я задумался о том, могли ли ножевое ранение и вынужденное убийство девушки вызвать у меня состояние шока и затуманить разум. Кожа моя была холодной и влажной. Легкое головокружение то накатывало, то отступало, то вновь накатывало. И то и другое — симптомы падения артериального давления, а это одна из причин физиологического шока.
Перебинтовав руку, я еще с полминуты смотрел на воду, но потом выключил ее, поскольку озарение так и не пришло.
Кожа по-прежнему была холодной и влажной, но дурнота вроде бы прошла.
Я опустил крышку унитаза. Сел. Неуклюже вытащил из кармана телефон. Вложил его в раненую руку. Здоровая рука тряслась, так что пришлось сосредоточиться, чтобы попасть по нужным цифрам. У чифа Портера было два мобильных телефона. Я решил, что по первому ему поступает куча звонков, и набрал номер, который знали только миссис Портер и я. Он ответил, попросил подождать и закончил разговор по другому телефону.