– Я не причиню тебе вреда, котенок. Ты мне доверяешь?
Аквамариновые глаза поглощают меня целиком, пока она изучает мое лицо. – Да, сэр.
– Хорошая девочка.
Я начинаю слегка надавливать на пробку, одновременно работая языком по ее киске, чтобы она расслабилась. Проходит немного времени, прежде чем ее стоны и хныканье дают мне знать, что она снова потерялась в удовольствии, и я сильным толчком ввожу хорошо смазанную пробку полностью в ее попку, что приводит ее к мгновенному оргазму от стимуляции.
Я сглатываю ее соки, затем встаю и медленно начинаю погружать в нее свой истекающий член еще до того, как закончится ее оргазм.
– Синклерррр! – Черт! – кричим мы одновременно. Она – от всех ощущений, охвативших ее. Я – от того, как феноменально, мать ее, чувствуется ее киска, когда она пытается высосать жизнь из моего члена. Я едва вхожу в нее на несколько дюймов, когда мне приходится остановить ее движения, чтобы не кончить в следующие пять секунд.
Мое тело как будто попало в другую вселенную. Я чувствую давление от пробки, вставленной в ее задницу. Чувствую, как ее вагина обхватывает член, пытаясь засосать меня еще глубже. Впервые чувствую дополнительную стимуляцию от моего пирсинга уздечки, когда он бьется о ее шелковистые стеночки.
– Господи боже, Бетани, – хриплю я, пытаясь перевести дыхание и сосредоточиться. Ее бедра начинают покачиваться, и мне приходится удерживать ее на месте. – Котенок, остановись
– Тогда двигайся! – требует она.
– Женщина, ты хочешь, чтобы я кончил за пару секунд? Черт, я тоже хочу насладиться этим.
– О, так и будет.
Она одаривает меня злобной ухмылкой, и прежде чем я успеваю спросить, что, черт возьми, она имеет в виду, впивается пятками в мою задницу. Используя всю силу своих ног, она быстро вгоняет меня, пока член полностью не оказывается внутри, и я чувствую, как головка члена упирается в ее матку.
– Черт, чееерррт! – кричу я, глаза у меня закатываются, и черные пятна туманят зрение.
Крик Бетани вторит моему, и я думаю, что нас слышит весь кампус.
Эта чертова женщина убьет меня.
Мы не двигаемся с минуту, пока приходим в себя после ее дерзкого поступка. Когда кажется, что смогу сформировать связное предложение, я бросаю на нее взбешенный взгляд.
– Ты хочешь играть дальше, котенок? Ответь. Какой у тебя цвет?
Она отвечает с придыханием: – Зеленый.
– Недолго.
– Что ты…
Я не даю ей закончить свой вопрос и впиваюсь пальцами в ее бедра. Я вывел член до головки и снова вошел в нее с силой, которую не собирался использовать с ней. Бетани откидывает голову и издает гортанный стон, который приводит меня в неистовое исступление.
Я превращаюсь в дикого зверя, овладевая ею.
Поднимаю ее ноги вверх, чтобы она обхватила меня за шею, не сбавляя при этом темпа. Изменение ее положения дает мне возможность проникнуть еще дальше в ее глубины, и ее крики страсти соответствуют моим демоническим воплям, когда наши тела шлепаются друг о друга в потном месиве похоти, страсти и накопившейся агрессии друг к другу.
Я чувствую, как покалывание начинает распространяться по телу, а по жжению в животе понимаю, что нахожусь очень близко к развязке, – это даже не смешно. Я тру большим пальцем по клитору, чтобы быстро довести ее до оргазма первой.
Я начинаю врезаться в нее, как взбесившееся животное, и вижу, что ее оргазм вот-вот рванет наружу, когда мои яйца начинают подтягиваться. Я приказываю ей кончить: – Кончай со мной, принцесса! И щелкаю по клитору, отправляя нас обоих за грань.
Бетани кричит так охренительно громко, что кажется, у меня лопнут барабанные перепонки, а ее тело бьется в конвульсиях от оргазма. Ее внутренние мышцы сжимают меня, удерживая в себе, когда делаю последний толчок и с ревом освобождаюсь.
Черные пятна и звезды застилают мое зрение, я пытаюсь устоять на ногах, когда извергаюсь в нее, как гребаный вулкан. Мое тело полностью застывает, пока наслаждение, которого я никогда в жизни не испытывал, поглощает меня.
После нескольких напряженных минут я, наконец-то, могу несколько раз моргнуть глазами, и зрение возвращается. Посмотрев вниз, на мою маленькую чертовку, я обнаружил, что она полностью откинула голову назад, пытаясь отдышаться. Бросив взгляд на нее, замечаю слабые синяки на ее запястьях и понимаю, что мне нужно срочно позаботиться о ней.
Я медленно тянусь к ней сзади и вытаскиваю пробку из ее теперь уже лишенной девственности попки. С губ Бетани срывается хныканье, когда вытаскиваю ее.
– Почти готово, принцесса. Ты справилась потрясающе.
Полностью вытащив пробку, я бросаю ее на пол – займусь ею позже. Я выхожу из слегка сжимающего меня влагалища и стону от послеоргазменных спазмов моего сверхчувствительного и вялого члена. Стирая с себя пот, я даю себе больше свободы действий, поддерживая Бетани одной рукой, пока развязываю путы. После того, как она освобождается, я беру ее на руки.
Направляясь к душевым, ругаюсь, когда вспоминаю, что здесь нет ванны.
– Что случилось? – бормочет Бетани, уткнувшись мне в грудь, и начинает засыпать.
Поцеловав ее в лоб, я иду в свою комнату. – Ничего, котенок. Просто отдохни и позволь мне позаботиться о тебе.
Ее дыхание выравнивается, и тихий храп, сорвавшийся с ее губ, вызывает у меня усмешку. Для знакомства с миром БДСМ она была безупречна, за исключением ее грубого отношения, но я и не ожидал ничего другого от нее.
Дойдя до двери, я отпираю ее кодом, когда вспышка на моем телефоне предупреждает меня о входящем сообщении. Осторожно наклоняюсь, чтобы поднять его, я начинаю злиться, когда вижу требование, четкое и ясное.
Неизвестный: «Есть разговор. Катакомбы завтра в 7 вечера».
Конечно, мать вашу. У меня самый взрывной и сокрушительный секс в моей жизни, а вы, членососы, должны его испортить.
Я киплю от злости, идя голым по дому и поднимаясь по лестнице в главную зону, чтобы попасть в свою комнату со спящей и обнаженной Бетани на руках. Она удерживает меня на грани здравомыслия.
Затем иду на кухню и вижу, что парни сидят и поглощают еду со свежим трахнутым видом и растрепанными волосами.
– Похоже, вы двое повеселились. Кто из вас сегодня был сучкой? – хмыкаю я, когда они бледнеют, не зная, как воспринять мою шутку, не свойственную мне.
– Чувак, ты только что пошутил? – спрашивает Деклан, и я изо всех сил стараюсь не подразнить его из-за прически в виде птичьего гнезда.
Пожимая плечами, я отвечаю: – Похоже на то.
– Сейчас нужно задавать вопросы не о нас. Главный вопрос, что она сказала? – спрашивает Джио, его выражение лица – смесь растерянности и беспокойства.
– Бетани согласилась. Она наша, поэтому нам нужно составить правила на этой неделе после нашей завтрашней встречи. То есть если вы оба решите его заключить. Вы знаете мою позицию в этом вопросе, так что для нее и для меня это необходимо и не подлежит обсуждению.