VII глава
VII глава
Через несколько дней святой отец чувствовал себя заметно лучше, однако слабость, заменяющаяся подчас головокружением, никак не желала покидать ослабленное старческое тело. Инспектор самолично спустился в тусклую камеру, уже не столь холодную и мрачную, ибо весна полноправно завладела землей, зима же медленно-нехотя уступила сопернице место - до нового времени.
Отец Дионисий сидел на скамье, сухими руками обхватив колени, на плечи его была накинута бесформенной массой сутана - так лучше, теплее, надежнее. Инспектор приметил бледность его лица, осознал, что будет крайне жестоко заставить этого человека куда-то идти, о чем-то долго рассказывать. Сохраняя за собой достоинство и право выбора, инспектор сел на принесенный стул, тихим голосом спросил:
- Как вы себя чувствуете, гражданин Каетанович?
- Много лучше. Спасибо вам за заботу, если бы не вы, меня, возможно, уже не было бы в живых, - отец Дионисий согнулся, громко закашлял в кулак: похоже, лихорадка опять принялась его донимать.
Инспектор отвернулся: вид больного, измученного человека кольнул его в грудь и простая человеческая жалость накрыла его теплой пеленой. Но оставалось нечто такое, что вопреки всему влекло к осужденному, ставшее за короткое время привычкой - и это раскрывало иного человека, с другой судьбой, а не ту оставшуюся от предыдущего тень - тень прошлых свершений и деяний. Из последних сил, повинуясь долгу, так упорно приобретенного за время военной подготовки и службы по борьбе с врагами народа, инспектор проговорил:
- Если вам что-то нужно, скажите.
- Мне ничего не нужно, ибо то, что было некогда дорогого моему сердцу, ваши люди отняли у меня.
- Не забывайтесь, гражданин Каетанович! Вы пока что находитесь под следствием, скоро состоится новый суд, а в моей власти предоставить вещественные доказательства вашей невиновности или же написать заявление об оскорблении нашей службы. Тогда никакой милости не ждите.
- Я никого не хотел оскорбить или унизить - не в моей это природе; но и сотрудничать с вами мне не досуг, ибо вы и я находимся в разных мирах.
- Вас бы в любом случае не взяли к нам; здесь нужны люди сильные, выносливые.
- Да... да, я знаю о том, никогда крепкое здоровье не было моим спутником, даже наоборот. Сколько раз находился я на грани жизни и смерти, но Господу, возможно, нужны мои дела, коль Он столько раз оставлял меня в живых.
- Я пришел сюда не для спора, гражданин, мне необходимо продолжение вашей биографии.
- Я с радостью предоставлю ее вам, только прошу: можно мне описывать на бумаге мое прошлое - так легче собираться с мыслями, - святой отец несколько поддался вперед, сутана упала с плеч на ледяной пол и его взор, полный мольбы, встретился с серо-голубыми глазами инспектора.
Тот резко встал со стула, ответил несколько высокомерным тоном:
- Как вам будет угодно. В скором времени вы получите бумагу и карандаш.