Яков допивает воду и бросает бутылку на одеяло. Он встает со стоном и потягивается, кости хрустят, когда он поворачивает туловище. Он распахивает дверь своей ванной комнаты, встает перед унитазом и бесцеремонно начинает мочиться.
— Чего ты хочешь? — спрашивает он через плечо.
— Я не собираюсь разговаривать с тобой, пока ты мочишься. — С гримасой я спихиваю вещевой мешок с его рабочего кресла и сажусь. Из ванной доносится звук спускаемого унитаза, затем льется вода. Яков возвращается с лицом и волосами, с которых капает вода, с зубной щеткой во рту.
— Ну, давай, — говорит он, прислоняясь плечом к стене и чистя зубы с ненужной агрессивностью.
— У меня к тебе просьба, — говорю я ему.
— Да? — Он издал низкий, рычащий смех. — Это будет стоить тебе денег.
— Услуга за услугу — я знаю. — Я переплетаю пальцы и откидываюсь на спинку стула. — Это очень важно.
Яков кивает, затем исчезает в ванной, где я слышу, как он сплевывает и полощет рот. Вернувшись, он приседает у вещевого мешка и роется в нем.
— Большое одолжение, да? — спрашивает он, не глядя на меня.
— Да.
Он поднимает глаза. — Нужно, чтобы я кого-то убил?
Невозможно понять, говорит он серьезно или нет. Его тон торжественный, но Яков всегда торжественный, даже когда он саркастичен. В равной степени Яков производит на меня впечатление человека, который вполне способен лишить человека жизни — я даже не удивлюсь, если узнаю, что он это уже сделал.
В конце концов, именно поэтому я здесь.
м Нет, мне не нужно, чтобы вы кого-то убивали. Мне нужно дать тебе кое-какую информацию, прежде чем я скажу тебе об услуге, но ты должен поклясться, что не расскажешь ни одной живой душе. — Я поднимаю бровь. — Я серьезно, Яков. Ни единой душе.
Он кивает. Достав из вещевого мешка черный кейс на молнии, он бросает его на кровать, а затем садится. Наклонившись вперед, он опирается локтями на колени и смотрит прямо на меня.
— Верно.
Его голос низкий и торжественный. Его черные глаза устремлены на меня.
— Я клянусь. — Он выпячивает подбородок. — Скажи мне.
В Спиркресте есть только один человек, чьему слову я могу полностью доверять. Этот человек — Яков. Я никогда не знал, чтобы он выдал секрет или нарушил обещание. Голова Якова — это Форт Нокс. Ничто и никогда не покидает его темного места, которое он держит в голове.
— У меня есть младшая сестра — Захара. Ей шестнадцать. Раньше она училась в частной школе во Франции, но там случилось что-то… плохое, и ей пришлось уехать.
— Верно, — говорит Яков.
На его лице нет ни малейшего выражения. Если у него и есть вопросы о том, что случилось с Заро, он держит их при себе. Подозреваю, что у него их нет — я никогда не знал, чтобы Яков был чем-то шокирован.
— Короче говоря, осенью она поступает в Спиркрест. Она будет учиться в старшей школе, как и мы. Ее имя в файле — имя нашей матери, так что никто, кроме мистера Эмброуза, не узнает, что она моя сестра. Я не хочу, чтобы кто-то знал.
— Но ты же говоришь мне, — говорит Яков. — Почему?
Я сглатываю. — Вот тут-то и проявляется благосклонность.
— Мм. — Он тянется к кровати и берет коробку сигарет. Вытащив сигарету, он постукивает ею о коробку, перекатывая ее между пальцами. Ему не разрешают курить в помещении, но Яков всегда играет с сигаретами, когда думает, сосредотачивается или волнуется. Эта маленькая особенность легко выдает его. — Ладно. Выкладывай.
— Мне нужно, чтобы ты присмотрел за ней. — Я нервничаю больше, чем думала, спрашивая его об этом. — Заха… Захара изменилась за последние несколько лет. Я всегда думал, что с ней все будет в порядке. Глупо. Я вовсе не думаю, что с ней все в порядке. Она невероятно умна и остра — она пустит кровь, если сможет, — но из-за этого я забываю, как она молода. И я хочу позаботиться о ней, но я буду занят и не хочу, чтобы она ускользнула от меня только потому, что я сосредоточен на других вещах. Она слишком важна для меня, чтобы оставлять то, что с ней произойдет, на волю случая.
Глаза Якова остановились на моем лице, темном и нейтральном. Он обдумывает свои мысли так, как всегда, не чувствуя необходимости выразить то, о чем думает, и не подбирая слов, чтобы оттянуть время.
Когда он готов говорить, он говорит. И когда он это делает, то застает меня врасплох.
— У меня тоже была младшая сестра, — говорит он. — Я знаю, что ты имеешь в виду. Я это сделаю.