Улыбка Айлит погасла.
— Пока стабилен, но его травмы гораздо серьезнее твоих. Он был почти полностью истощен. — Она поколебалась, затем посмотрела на меня с осторожностью. — Как именно это произошло?
В памяти всплыла сцена в карете. Эния склонилась над Тео, ее клыки глубоко вонзились в его шею, с ее подбородка капала кровь.
— Я… — я замялась. — Кто привел сюда Тео?
— Блейк Дракхэрроу и Виша Вайдья привели вас обоих.
— И они тебе ничего не сказали? — тревожные колокольчики зазвенели в голове. Нужно было быть осторожной.
Айлит подозрительно смотрела на меня:
— Нам ничего не сказали. Глава Дома бросил вас обоих и, похоже, не смог уйти достаточно быстро. Но ему не нужно было говорить. Признаки ясно указывают на то, что этот молодой человек был… донором. Для Высокородного питаться от другого — это очень серьезное преступление. Должен быть составлен отчет. Если Глава Дома узнает, кто сделал это с его двоюродным братом…
— Нет, — мой голос прозвучал резче, чем я намеревалась. — Если бы он знал, кто это был, ты думаешь, он бы тебе не сказал? Блейк знает, что ты планируешь сообщить об этом?
Лоб целительницы нахмурился:
— У нас нет выбора, кроме как сообщить директору. Это не то, что можно игнорировать.
Это было плохо. Хуже, чем плохо. Если до Трибунала дойдет слух… если Виктор узнает… Я сжала кулаки на одеяле и приняла решение.
— Я бы не рекомендовала этого, Айлит, — сказала я, намеренно делая голос холодным и добавляя в него надменности Блейка. — Я бы посоветовала вам поговорить с Главой Дома, прежде чем что-либо предпринимать. Ради общего блага. В конце концов, он главный.
Айлит уставилась на меня, затем нахмурилась.
— Очень хорошо.
У нее был такой вид, словно ей не терпелось поскорее уйти. Но я еще не закончила.
— Он поправится? — спросила я сдавленным голосом, глядя на Тео, чья грудь слабо поднималась.
Айлит поджала губы:
— У него есть шанс. Но он очень слаб. Многие из наших методов неприменимы к Высокородным. Когда они ранены, их главный ресурс — они сами. Лучший способ выздороветь — поесть. Но он без сознания. В таком состоянии он не может брать кровь. Будем надеяться, что скоро очнется.
Намек был ясен. В противном случае… Сердце болезненно сжалось. Блейк защищал Энию, несмотря на то, что она сделала с Тео — его собственным кузеном. Я не была уверена, что это говорило о нем. Не заходил ли он слишком далеко в семейной верности? Или недостаточно?
Дверь в лазарет внезапно открылась, и внутрь проскользнул Вон Сабино. На руке у него была золотисто-пурпурная повязка Дома Орфос.
— Прошу прощения. Что вы здесь делаете? — рявкнула Айлит, направляясь к нему. — Вы, кажется, заблудились. Я предлагаю вам развернуться и идти в свои покои…
— Подожди, — прервала я ее хриплым голосом. — Он один из моих друзей. Вон со мной.
Целительница повернулась ко мне, нахмурившись:
— Он не член Дома Дракхэрроу. Вы не можете принимать визиты от…
— Послушай, ты знаешь, кто я, — сказала я, заставляя голос звучать ровно. — Я супруга Блейка Дракхэрроу. Я говорю, что Вон остается. Если у тебя с этим проблемы, обсуди это с Блейком. Но могу заверить, что он встанет на мою сторону.
Губы Айлит сжались, но она кивнула и ушла, что-то бормоча под нос. Я со вздохом откинулась на подушки и наблюдала, как Вон нерешительно подошел к кровати Тео, выдвинул стул и сел.
— Что ты здесь делаешь? — спросила я. — Как узнал, что Тео здесь?
Он посмотрел на меня с озадаченным выражением лица:
— Записка.
Я моргнула. Записка? Первая мысль — от Флоренс. Но почему не прийти самой?
— От Флоренс?
— Нет, — Вон слегка поерзал. — От Блейка.
— Блейк? — у меня закружилась голова. — Он прислал тебе записку?
Вон кивнул:
— Он сказал, что Тео пострадал.
— Он сказал тебе, как?
Вон покачал головой:
— Только то, что он был истощен и в тяжелой форме. — Он помедлил. — Блейк упомянул, что целители обнаружили: Тео неправильно питался.
Мои глаза расширились:
— Что ты имеешь в виду?
Вон понизил голос:
— Блейк сказал, что Тео морил себя голодом. Очевидно, он не использовал домашних рабов без крайней необходимости.
Я уставилась на него, пытаясь переварить услышанное.
— Но почему? И зачем просить тебя прийти?
Лицо Вона напряглось:
— Я не знаю, Медра. В отличие от большинства Высокородных, у Тео, похоже, есть совесть. Но что касается того, почему Блейк попросил меня приехать… Если бы пришлось гадать, он надеялся, что я соглашусь попытаться накормить Тео.