— Не смей поднимать на меня руку! — прорычала я.
Наступила тишина. Все меня услышали. Лицо Блейка покраснело. Виктор медленно повернулся, переводя взгляд со своего племянника на меня. То, что он увидел, явно ему не понравилось, но он ничего не сказал. Просто повернулся обратно к другим Высокородным.
— Можем ли мы поместить её в комнату в башне Дракхэрроу или вы предпочитаете, чтобы её поместили в темницу, лорд Сильвиан? Возможно, только с черствыми корками хлеба. Должны ли мы держать её в ослабленном состоянии, чтобы вы не почувствовали еще большей угрозы?
Директор Ким прочистил горло.
— Достаточно, Виктор. Я считаю, что то, что вы предложили, должно удовлетворить всех. Держите её в башне Дракхэрроу.
Виктор кивнул, затем повернулся и посмотрел на меня. Его красные глаза внезапно стали холоднее.
— И всё же, возможно, во всём этом нет необходимости. Ты расскажешь нам, что именно произошло. И ты сделаешь это сейчас, девочка.
Его рабская сеть врезалась в мой разум, и я закричала, опускаясь на колени на камни.
— Я сказал, ты расскажешь нам, что именно произошло! — Голос Виктора Дракхэрроу был подобен удару хлыста, рассекающему воздух и разрывающему меня на куски. Я никогда раньше не испытывала такой боли. Невидимый, но жестокий, он ударил по моему разуму с силой, не похожей ни на что. Я ахнула, схватившись за голову, моё зрение затуманилось, а за глазами запульсировала боль.
Но его не было внутри. Он был атакующим у ворот. Мои стены всё еще были возведены. Я не сдалась. Что-то яростное внутри меня сопротивлялось. Я закрыла глаза, стиснула зубы, мои вспотевшие руки впились в холодный камень, пока я удерживала барьер за барьером со всей силой, которая у меня была. Тем не менее, сила Виктора врезалась в меня снова и снова. Удушающая, настойчивая, впивающаяся когтями боли внутрь.
— Прекрати! — услышала я крик Блейка. — Дядя, прекрати это. Посмотри на неё. Ты делаешь ей больно.
Я смутно осознала, что истекаю кровью. Капли крови стекали по моему лицу. Я услышала шипение некоторых Высокородных. Запах моей крови привлек их, но также и встревожил.
Затем, как раз в тот момент, когда я подумала, что могу сломаться, по двору прогремел голос.
— Что, чёрт возьми, здесь происходит?!
Профессор Родригес ворвался в круг, его глаза горели яростью.
— Отойдите от неё. Сию же минуту!
Я заставила себя открыть глаза как раз вовремя, чтобы увидеть, как лицо Виктора исказилось от раздражения. Он отвернулся от меня, скорее удивленный, чем разгневанный.
— Родригес.
Его рабская сеть дрогнула. Я ахнула, сделав глубокий вдох. Почувствовала, как рука Блейка коснулась моего плеча, словно помогая встать, но я оттолкнула её, даже не взглянув на него.
— Как ты смеешь прерывать? Как ты вообще смеешь входить в это место? — Виктор сделал шаг к Родригесу. — Это дело Высокородных. Тебе не следует быть здесь, блайтборн. Убирайся.
Но Родригес не отступил.
— Я осмелюсь, — сказал Родригес низким и угрожающим голосом. Он вызывающе шагнул дальше в круг. — Эта девушка дала тебе именно то, чего ты всегда хотел, Виктор. Сегодня она вошла в историю. Она вернула тебе дракона. И вместо того, чтобы поблагодарить её, что вы все делаете? Стоите здесь и готовитесь разорвать её на части, как стая стервятников.
Нацуми Авари встала рядом с Родригесом и Блейком.
— Он прав, Виктор. Кроме того, ты знаешь, что рабская сеть может нанести длительный урон при таком сильном использовании. Ты хочешь сохранить свою наездницу в целости или нет? — она наклонила голову. — От имени Дома Авари я благодарю вас, Медра Пендрагон, за вашу службу здесь сегодня.
Слова были обоюдоострыми, и все присутствующие это знали. Тем не менее, я кивнула. Волна боли пронзила меня, и я приложила руку к вискам, почувствовав липкую влагу. Кровь. Блейк шагнул вперед.
— Сюда. Медра, позволь мне…
Я проигнорировала его и попыталась подняться своими силами. Родригес присел на корточки рядом со мной.
— Сюда, — пробормотал он, его руки были сильными и удивительно нежными, когда он помог мне подняться на ноги. — Не торопись.
Я кивнула, глотая слезы гнева и разочарования, опираясь на Родригеса и медленно вставая. Я чувствовала на себе взгляд Виктора, его всё еще пульсирующий гнев. Но он не сделал ни малейшего движения, чтобы снова применить на мне силу. В этом не было необходимости. Скоро он запрёт меня в своей башне и сможет попробовать снова в любое время.
— Очень хорошо, профессор, — сказал Виктор, его голос сочился презрением. — Пусть всадница отдохнет сегодня вечером. Она будет заключена в башне Дракхэрроу в ожидании решения трибунала.