– Не стоит меня покупать. Я не очень красивая. Другие девушки гораздо красивее. И стройнее.
Все остальные девушки были блондинками. Они выглядели так, будто сошли со страниц шведского журнала высокой моды. Мег не подходила Беку. Она была полнее на три или пять килограммов, с которыми ей никак не удавалось расстаться. Она была похожа на раздутые песочные часы в мире, где поклонялись стройности.
Бек нахмурился, что ничуть не омрачило совершенства его лица.
– Так ты жестока, милая? Забавно, я бы такого о тебе не подумал. Это подло – указывать на недостатки других. Они ничего не могут поделать с тем, что недоедают. Как думаешь, почему они торгуют собой?
– Она вам не нужна, ваше высочество, – произнес мягкий голос. Мег оглянулась и увидела, что ближайшая к ней блондинка смотрела на Бека сквозь прутья своей камеры. – Она ничего не понимает в нашем мире. Она накричала на Кару за то, что у той не оказалось тех продуктов, которые она пожелала. По-моему, она жестока. Я буду счастлива принадлежать вам.
А вот это подстава, сестренка.
– Да пошла ты…
Бек покачал головой, словно разочаровавшись в Мег. Искра стыда, промелькнувшая внутри, стала для нее неожиданностью.
Он подошел к молоденькой худощавой блондинке.
– Она не из этого мира. И напугана. Нужно это учитывать. Надеюсь, что сегодня вы все встретите достойных партнеров. И надеюсь, ваши хозяева оценят вас за тот драгоценный подарок, который вы им преподнесете, однако я здесь, чтобы найти себе пару для связи.
Бек сделал жест рукой, и Рив бросился действовать. Через несколько секунд опустились портьеры, и Мег оказалась в отдельной комнате, где находился только Бек. Солнечный свет проникал сквозь отверстие в верхней части сложной конструкции шатра, служившее чем-то вроде светового люка. Теперь, когда они были одни, люк больше походил на прожектор. Мег болезненно осознавала свою наготу. Она почувствовала, как затвердели ее соски под стальным взглядом мужчины.
– Нехорошо выставлять напоказ свою красоту перед женщинами, которым не так повезло. – Голос Бека звучал глубоко и уважительно.
Мег не понимала почему, но ей не терпелось знать, к чему это приведет. Зачем-то же ее сюда переместили. Возможно, за этим скрывалось нечто большее, чем она изначально предполагала.
Если это была какая-то фантазия о связывании, которую разыгрывало ее либидо, Мег смирится с судьбой.
– Не понимаю. Я не подлая. Просто хотела, чтобы вы купили кого-нибудь другого. Подумала, что от вас будет трудно отделаться, и рассчитывала, что вы сделаете это, потому что они симпатичнее меня.
Красивое лицо Бека сосредоточилось, когда он, казалось, обдумывал ее слова.
– С какой стати они симпатичнее тебя? – рассмеялся он. – Прости, милая. Помню, слышал истории о тех местах, откуда ты родом. Еды там предостаточно, но женщины голодают, потому что мужчины о них не заботятся.
Мег расслабилась. Бек был великолепным мужчиной, который, как оказалось, обожал женщин в теле. Да, она начиталась любовных романов.
– Все не так. Та девушка, с которой вы разговаривали, в моем мире считалась бы настоящей красавицей.
– Но мне пришлось бы кормить ее целый месяц, прежде чем я хотя бы подумал о том, чтобы лечь с ней в постель, – пробормотал Бек. – Не понимаю людей. Неужели человеческим самцам не нравится полная грудь?
Последнюю фразу он произнес с отчетливой хрипотцой в голосе. Бек протянул руку и обхватил ладонью грудь Мег, большим пальцем поглаживая сосок.
Ласка стремительно пронеслась от груди к низу живота.
– О, пожалуйста, не надо.
Именно это следовало сказать, так ведь?
Бек придвинулся, прижавшись к Мег большим телом, и потянул вверх вторую руку. Солнечный свет упал на его лицо. Серые глаза заблестели, и он провел языком по губам, чтобы увлажнить их. Бек походил на человека, планировавшего насладиться хорошей едой. С томным вздохом он погладил обе груди Мег.
Затем глубоко вдохнул, уткнувшись носом в ее макушку.
– Почему не надо? Как я узнаю, совместимы ли мы, если не прикоснусь к тебе? Если я плачу такую сумму за женщину, то хочу быть уверен, что получу то, что нам нужно.
Она пропустила мимо ушей слово «нам» в этом предложении, потому что теплые руки Бека изучали ее тело. Кончиками пальцев Бек провел по соскам и сжал их. Он перекатывал их между пальцами, ущипнув правый до боли. Соски затвердели, почувствовав мужское прикосновение. В тот момент Мег должна была запротестовать, но ее так давно никто не ласкал.