Взгляд Коэна становится озадаченно-насмешливым, и я спешу пояснить:
— По обоюдному согласию. Она тренировалась на мне, когда мы были детьми.
— Она тренировалась на тебе.
— Ну конечно. А как ещё ей было учиться? Ей нужен был мозг для практики, а мой был под рукой.
— Может, там остались необратимые повреждения. Это бы многое объяснило.
— Объяснило что?
— Многое из того, что с тобой не так.
Я хмурюсь.
— Например?
— Твою добровольную изоляцию. То, насколько ты ослабла с нашей последней встречи. То, что от тебя пахнет изнеможением. Твою склонность ко лжи. Твой отказ оборачиваться даже тогда, когда от этого зависит твоя жизнь..
— Знаешь, — спокойно парирую я, — если ты в чём-то меня обвиняешь, можешь просто сказать прямо.
— Не-а. Гораздо веселее загнать тебя в угол и заставить признаться.
Очевидно, у него есть чувства по поводу сегодняшней ночи. Среди них — раздражение, тревога, злость и даже намёк на недоверие. Не знаю, откуда я это понимаю, учитывая, что его каменный профиль не дрогнул ни на миллиметр. Может, я начинаю лучше угадывать эмоции по запаху, как настоящий оборотень.
Посмотрите на меня — маленький гибрид, который смог.
— Признаваться не в чем, — безразлично говорю я. — Как думаешь, Боб кому-нибудь рассказал о нашем местонахождении?
— Нет. Он идиот, который в одиночку сунулся на территорию Северо-Запада.
— Был идиотом.
— Был, — с пугающим удовольствием соглашается Коэн.
Правосудие оборотней быстрое и жестокое, а у Северо-Запада — особенно. Эта стая известна тем, что проводит больше времени в волчьей форме, чем другие; что бывает жестокой сверх необходимости для охраны границ; и что умеет затаивать обиды. В Северо-Западе стая меньше, чем в Юго-Западе, но территория у них шире и куда более глухая. Поэтому, когда я решила, что мне нужно побыть одной, этот вариант показался лучшим.
Но теперь, когда Коэн дышит мне в затылок, я начинаю сомневаться.
— Ты устала, а ехать нам долго, — говорит он, резко меняя тему. — Спи.
Я и правда устала. Но:
— Что мы будем делать с Аной?
Он удивлённо хмурится.
— Я же сказал — с Аной всё в порядке.
— Ане семь лет. Нам нужен план, как её защитить.
— Нам?
— Нам, — повторяю я. Когда мне было семь, я была сиротой. Когда мне было семь, вокруг меня происходили только ужасные вещи. Слишком многое задевает слишком близко, и я не хочу, чтобы она когда-нибудь чувствовала себя так же, как я тогда.
— У Аны есть Лоу, и вампирша..
— Её зовут Мизери… и целая стая, готовая умереть и, что продуктивнее, убивать ради неё.
— Я тоже должна помочь. Я могу..
— Серена. — В его голосе появляется сталь. Он сильнее сжимает руль. — Ты ударилась головой?
— Что? — Я машинально тру затылок. — Не думаю. А что?
— Пытаюсь понять, что стало причиной потери памяти.
— У меня нет..
— Очевидно, ты забыла, что на тебя напали примерно сорок пять минут назад.
— Я не забыла.
— Вот и отлично, чёрт возьми. — Между его тёмными, отражающими свет глазами пролегает глубокая складка, отчего шрамы становятся ещё заметнее. — Тогда мне не придётся напоминать, что ты в двадцать раз более уязвима, чем Ана.
— Это неправда.
— Ана — сестра альфы, и само её существование — тщательно хранимый секрет. У тебя нет семьи, нет стаи, нет влияния, нет ресурсов — у тебя даже дома нет. Ты практически одна в этом мире, и за тобой наблюдали всю твою жизнь, что делает предсказание твоих следующих шагов очень простым для определённого круга людей. И не забывай, что последние несколько месяцев твоё лицо крутят в каждом новостном выпуске по всему миру. А теперь мысленный эксперимент: если кто-то решит поиграть в безумного учёного с гибридом, за кем, по-твоему, они пойдут, убийца?
Коэн злится — не знаю, на мою глупость или на то, что меня повесили на него. Но глубину моего отсутствия… всего — я сейчас осмысливать не хочу.
— Ты прав, — спокойно говорю я, чувствуя жгучее давление за глазами. — И я не стану утверждать, что смогу отбиться от любого, кто придёт за мной. Однако если я знаю об угрозе, я могу подготовиться и позаботиться о себе..
— Я позабочусь о тебе, — грубо говорит он.
Ох.
— Ох.
Он вздыхает и проводит рукой по густым, растрёпанным волосам.
— Коэн, тебе не обязательно..
— Серена. — По его голосу ясно, как мало у него осталось терпения.
И впервые мне приходит в голову задуматься, какой была его ночь до того, как он появился, чтобы разобраться с Бобом — и со мной. Предупреждающий звонок Лоу. Яростная гонка, чтобы успеть ко мне. Страх опоздать.