Из-за близости к дому её отца?
Неле кивнула. Ходили слухи, что предыдущий лидер стаи хотел снести этот дом, и Айрин решила присматривать за ним, чтобы убедиться, что он всё ещё стоит. У нас нет настоящего места захоронения Константина, так что это вроде мемориала. Оно нас вдохновляет.
Я посмотрела на Коэна. Для меня имело бы смысл съездить туда, раз я только что узнала о своей семье. Для такой, как Айрин, посвятившей всю жизнь сохранению наследия Константина, это не показалось бы странным.
Я приняла стиснутые зубы Коэна за согласие — и вот я здесь. Моргаю, глядя на Айрин, когда она опускается передо мной на колени. Пытаюсь уклониться от её прикосновений, когда она обхватывает моё лицо своими тонкими, мягкими руками и говорит:
— Ты совершила ошибку, выбрав Северо-Запад вместо своего народа. Я знаю, что ты молода и необучена, но ты должна была понять лучше.
Я немного дёргаюсь — в основном для вида, но это даже приносит облегчение. У меня никогда раньше не было семьи, которую можно было бы разочаровать, и в этом есть своеобразное чувство власти. Весело. Я не понимаю, на что там жаловалась Мизери.
— Я не откажусь от тебя, если смогу этого избежать. Ты — единственный прямой потомок Константина и моя единственная кровная родственница.
Один из Избранных, оборотень-мужчина, подходит и что-то шепчет ей на ухо. Ирэн кивает, явно довольная, и он уходит. Интересно, где мы. Мы ехали примерно пять часов на юг.
— Дело в том, Ева… — Она понижает голос. Её улыбка одновременно мечтательная и угрожающая. — Я могу просто не суметь тебе помочь. Если ты откажешься от своего первородства и не позволишь мне возвысить тебя до того символа, которым ты должна быть… мне придётся сделать из тебя мученицу.
Она бросает взгляд на мою руку — туда, где имплантирован трекер. Я делаю вид, что не замечаю блеска в её глазах.
***
Мои глаза расширяются, когда я вижу, какое оружие они накопили, и это уже не пример актёрской игры высшего класса. К огнестрельному оружию я была готова, но не к взрывчатке.
Очевидно, всё это готовилось давно. Когда наступает ночь, я притворяюсь спящей и улавливаю обрывки разговоров, витающие вокруг. Они почти готовы нанести удар, а моё присутствие — лишь возможность ускорить события.
У нас мало времени, но…
…этот трекер? Они видят её местоположение, наверняка уже в пути…
…идеальная ситуация, но нужно спешить…
…он может и не прийти. В конце концов, он оставил её одну у границы — не поступок человека, которому не всё равно.
…чепуха. Он поставил охранять её своего заместителя. Женщину. Она облажалась.
…он очень привязан к девчонке…
Бедный Коэн, наверное, уже сточил зубы от скрежета. Интересно, успел ли он уже назвать Аманду «яйцами» — просто за то, что она поддержала меня в этом плане. Интересно, сокращает ли всё это ему жизнь на пару лет. И станет ли ему легче, когда я вернусь на Юго-Запад. С глаз долой — из сердца вон никогда не было нашей историей, но, возможно, незнание того, в опасности ли я, пощадит слизистую его пищевода?
Мне стоит поговорить с Йормой. Убедиться, что рядом с Коэном есть кто-то, кто о нём позаботится, даже если я не смогу.
— Ева, — окликает голос, и мои глаза распахиваются. Это человеческий мужчина, в руке у него что-то острое. — Прости. Это не будет больно.
Я отключаюсь, не успев задуматься, что именно он имеет в виду.
***
Следующий момент осознания наступает глубокой ночью. Я одурманена и дезориентирована, в том же убежище, где уснула. Только теперь там уже не кипит жизнь.
Только я и двое человеческих охранников.
Плечо, где был трекер, болит, как открытая рана. Засохшая кровь липнет к бицепсу, собирается в сгибе локтя.
И именно тогда я понимаю, что, возможно, недооценила Айрин.
Глава 37
Она — маленькая волчица. Кремово-белая, с такими же тёмно-карими глазами, как и в человеческом облике, и бледно-жёлтыми ушами — слишком большими для её тела и более заострёнными, чем у большинства. На её пушистом хвосте и изящной мордочке есть несколько светлых отметин, делающих её совершенно уникальной. Такая красивая, что он думает: если бы это было последнее, что он увидит в жизни, он бы не возражал. Совсем.
Они забрали мой трекер и бросили меня, и это совсем не так, как я представляла себе развитие событий. Айрин должна понимать, что Северо-Запад заметит: устройство больше не прикреплено к моему телу, а это может означать сразу несколько вещей. В лучшем случае она осознаёт, что что-то не так, и решила проявить осторожность. В худшем — она точно знает наш план и предпочла использовать менее ценную приманку, снабдить её моим трекером и позволить ей стать случайной жертвой драки, которая вот-вот разразится.