— Не слишком шустрая, да? — рычит он.
Ну да, спасибо за наблюдательность. Я сглатываю раздражение и заставляю себя жалобно застонать.
— Пожалуйста, — умоляю я.
Его запах взрывается — похоже, власть над женщинами и есть его любимый фетиш. Как предсказуемо. Я подливаю масла в огонь:
— Пожалуйста… не убивай меня. Я сделаю всё, что ты захочешь.
— Всё, что захочу?
Ему явно интересно. Я всхлипываю и распахиваю глаза.
— Всё.
Его взгляд скользит по моему телу, будто оценивая, на что я могу сгодиться: на органы, на бульон из костей, на уборку двора. В отличие от меня, он быстрый. Нечеловечески. Молниеносным движением нож вспарывает шёлк майки, углубляя вырез.
Ублюдок.
Но пока он пялится, его запах резко меняется. Он отвлёкся — достаточно, чтобы я смогла применить навыки самообороны, на которые меня когда-то силой таскала сестра.
Колено в пах.
Удар лбом в нос.
И, для верности, локтем в живот. Почему бы и нет?
Вампир хрипит. Бормочет что-то вроде «чёртова шлюха». Но я свободна. Я не могу его обогнать, зато могу схватить горсть земли и швырнуть ему в глаза — этого хватает, чтобы выиграть пару секунд. Я лихорадочно оглядываюсь и… да. Вижу острый, зазубренный камень. Наклоняюсь, сжимаю его в ладони.
— Грёбаный урод природы, — рычит вампир, снова оказываясь рядом и выкручивая мне руку за спину.
Я вскрикиваю, но камень всё ещё у меня. К несчастью, он держит запястье под таким углом, что ударить невозможно.
Теоретически я знаю, что делать дальше: подойти ближе, сместить центр тяжести, провернуться, ударить свободной рукой. И я правда пытаюсь. Но вампир на пару уровней выше среднего бойца — и ничего не выходит.
Вот тогда меня по-настоящему начинает мутить от страха. Это плохо кончится.
— Отпусти. Меня. — выплёвываю я.
— Заткнись. — Его запах становится резким, уксусным. Он ещё больше взвинчен. А значит, мне ещё хуже. — Мне нельзя тебя убивать, но я могу сделать так, что тебе будет чертовски больно, прежде чем я..
— Правда? — перебивает его мужской голос. Он доносится из чащи, медленный, тягучий, опасный и отстранённый одновременно. Такой, которому не нужен ответ. — Правда можешь, дружок?
Тело вампира деревенеет. Прежде чем он успевает подавить инстинктивную реакцию, я чувствую запах чистого, животного ужаса.
Я закрываю глаза. Заставляю горящие лёгкие медленно вдохнуть. Позволяю ближайшим десяти минутам моей жизни принять новую форму — всё ещё не радужную, да, но чуть менее ужасную.
Коэн. Коэн здесь. Всё будет хорошо.
Вампир дёргает меня перед собой, приставляя нож к горлу. Не знаю, хочет ли он использовать меня как заложницу или как живой щит, едва доходящий ему до груди.
— Что ты здесь делаешь? — рявкает он.
Справедливый вопрос. Коэн живёт в нескольких часах езды и не появлялся почти два месяца — с того дня, как по моей просьбе высадил меня у домика, снабдив тонной припасов, долгим и насмешливым взглядом «приятных бесед с елями, убийца», которое совершенно не вязалось с напряжением в его глазах.
— Ты сейчас всерьёз спросил, что я делаю на своей территории? Какого хрена ты тут делаешь, кусок дерьма? — раздаётся в ответ.
Несколькими неторопливыми шагами Коэн выходит из зарослей.
Он другой. Не только по сравнению с остальными — но и по сравнению с тем, каким я видела его в последний раз. Чёрные волосы собраны на макушке в отросший, неопрятный вариант прежней стрижки. Он не брился неделями и, подозреваю, давно нормально не спал. Но его присутствие действует на меня так же, как всегда: придаёт вес, удерживает на земле, когда меня вот-вот унесёт прочь.
Альфа.
Его глубокий запах невозможно спутать ни с чем. Основательный, успокаивающий. Идеальный противовес панике вампира.
Тот рычит:
— Я убью её, если ты подойдёшь ближе.
Коэн, разумеется, подходит ближе. С тем самым невозмутимым видом человека, который никогда не сомневался в своей способности подчинить себе мир.
— Э-э, нет. Серена, он говорит, что собирается тебя убить. Ты с этим окей? — в его голосе звучит чистое, почти академическое любопытство. Угольные глаза спокойно светятся в темноте.
— У меня, вообще-то, лапша быстрого приготовления закончилась ещё на прошлой неделе, — сиплю я.
Не лучшая реплика: вампир едва не выворачивает мне плечо из сустава. Но насмешливый изгиб губ Коэна почти компенсирует боль.
— Ты ведь Коэн Александр, да? Альфа Северо-Запада.
— Он самый. А тебя как звать, дружок?