Аманда.
Голая, разумеется. И злая.
— Вы пришли слишком рано, и Коэн не хочет, чтобы кто-то, кого он не одобрил заранее, оставался с Сереной наедине.
— О. Мы не… — мужчины обмениваются взглядами чистого ужаса. — Извините. Мы сейчас… — один из них показывает на дверь.
— Нет, пожалуйста. Останьтесь, — быстро говорю я, пряча записи между страницами книги и вставая. — Вы…?
Аманда вздыхает и указывает на веснушчатого с колючим рыжим маллетом.
— Колин.
Потом переводит палец на широкогрудого парня, который явно игнорирует день ног.
— Павел.
— Приятно познакомиться, — говорю я, радуясь отсутствию рукопожатий. — Нет, правда. Я рада, что вы пришли. Я даже привыкаю к тому, что у вас… это просто так болтается.
Колин склоняет голову.
— А оно не должно?
— Может, у людей гениталии обычно втягиваются? — предполагает Павел.
— А, ну да. В этих клоакальных отверстиях, — понимающе кивает Колин. — Как у коал и аллигаторов.
— Именно. Теперь, когда я думаю об этом, припоминаю, что где-то читал, будто люди срут и писают из одного и того же от..
— Ребята, — рявкает Аманда. — Вы хотите, чтобы Коэн вернулся и застал вас здесь?
Они бледнеют. Колин прочищает горло.
— Вообще-то мы довольно голодны. Мы пойдём поохотимся на ужин и вернёмся позже..
— Я могу вам что-нибудь приготовить, — предлагаю я.
На лбу Аманды начинает пульсировать вена, и я спешу добавить:
— Я всё равно ничем не занималась. И, Аманда, ты здесь и ты одобрена. Коэн не будет против.
На самом деле поведение Коэна менее предсказуемо, чем обвал фондового рынка. Но чуть больше чем через час, когда он возвращается и обнаруживает Аманду и ещё пятерых своих теперь уже одетых приближённых, поедающих фрикадельки, салат и свежий хлеб, никого не насаживают на когти. Все вскакивают, отдавая честь, будто он самый строгий преподаватель в интернате, но довольно быстро возвращаются к еде и разговорам.
— У тебя всегда гости сидят на полу? — спрашиваю я, когда он подходит ко мне, протягивая ему миску с объедками. — И не мог бы ты это вынести? Для Твинклса.
— Для кого, прости?
— Для волкопса, которого я встретила утром. Я отправила Ане фото, и она придумала ему имя.
Коэн скрещивает руки, отказываясь брать миску.
— И что в одичавшей дворняге, покрытой грязью, кричало ей «Твинклс»?
— Кажется, она решила, что он — давно потерянный брат Спарклса, и решила придерживаться темы. Элль, раз Коэн не хочет, ты не могла бы вынести это на крыльцо? — Я улыбаюсь девушке, похожей на очень грозную воспитательницу детсада. — Спасибо большое.
— Ты готовила для моих друзей? — в голосе Коэна нет восторга.
— Да. Разве не для этого ты привёз меня сюда? Чтобы я вела хозяйство?
Выражение его лица заставляет меня фыркнуть.
— Я пыталась её остановить, — говорит Аманда, подходя к нам. — Но не смогла.
Коэн сверлит её взглядом.
— Ты не смогла физически помешать гибриду вдвое меньше тебя сварить чан домашнего маринара?
— Ну… дело в том, что… она вроде как хорошо готовит.
— Ой, спасибо. Хочешь ещё порцию?
— Да, пожалуйста.
— На плите.
— Отлично. Кстати, босс, что сказали люди? Есть что-то полезное?
Коэн качает головой, когда Аманда проходит мимо него с тихим:
— Жаль.
Мы остаёмся вдвоём посреди переполненной комнаты, и я возвращаюсь к нарезке овощей для стир-фрая.
— Серена.
— Мм?
— Какого хрена ты делаешь?
— Это куриное блюдо, которое..
— Зачем?
— Ты сам пригласил сюда своих приближённых, чтобы я с ними познакомилась — не предупредив меня заранее, между прочим. Слава богу, что была Аманда.
— Я пригласил их, чтобы ты знала, кто эти идиоты, если тебе вдруг что-то понадобится, — а не для того, чтобы ты играла в домик и развлекала их.
— Но они были голодны. А я люблю готовить. И мне никогда не удаётся делать это для кого-то.
Это всегда было моей маленькой несбыточной мечтой: показать свои кулинарные навыки, кормить других. Раньше я очень любила еду и научилась хорошо её готовить, но так и не смогла по-настоящему применить эти умения.
В моём идеальном, поразительно заурядном будущем, которого никогда не будет, я ходила бы на любимую работу, возвращалась домой, готовила ужин для кого-то, чьё лицо весь день жило бы у меня в голове и сердце, а потом мы бы смотрели скучные сериалы. Конечно, этого никогда не случится, и звучит это так банально, что я почти уверена: если бы мне дали поиграть в этой песочнице, я бы заскучала через две недели.