— Нет, мне нравится вас смущать, — усмехнулся Клаус. — Братец, ты же помнишь про встречу?
— Допустим, — кивнул Элайджа и решился на ответную шпильку, — а как Кэролайн? Она ещё не сбежала от твоего несносного характера?
— Не дождешься, — фыркнул Клаус.
— Так, — вступил Северус, оглядывая двух Майклсонов, — давайте, валите уже. Я хочу спать.
— Это все Элайджа, он ведь не давал тебе всю ночь спать, — засмеялся Клаус, — я все слышал.
— Пошел ты, братец, — усмехнулся Элайджа.
Не смотря на препирания, братья все же поспешили покинуть комнату, чтобы не мешать Северусу спать дальше.
После Элайджа отправился с Ником на встречу с оборотнями и поймал себя на мысли, что сегодня он невероятно счастлив.
***
Элайджа прожил так почти три месяца, пока не поймал себя на мысли, что нужно ненадолго вернуться в свою реальность, чтобы совсем не раствориться в этой. Хотя иногда так хочется.
Вампир каждое утро просыпался рядом со своим возлюбленным. Он имел право касаться его, когда ему заблагорассудится, обнимать, целовать, заниматься любовью. Дарить невероятное количество подарков и… Ревновать в открытую.
Боже, Элайджа теперь отлично понимал своего брата, когда он буквально рычал на каждого, кто пробовал не так посмотреть на Северуса. Сам он, конечно, старался сдерживаться, чтобы не приносить неудобств Снейпу, но от парочки вырванных сердец его это не спасло.
Вернувшись же к себе, Элайджа вновь увидел настоящую картину. Клаус, смотрящий горящими глазами на Северуса, тогда как в той реальности, где Ник был с Кэролайн, он не был и в половину так же влюблен. От этого взгляда и расклада вампир чувствовал боль и невероятную тягу вернуться в свой мир, где он был рядом с Северусом. Не его брат, а он. Так Элайджа и делал. Не мог не делать.
— Элайджа, что это? — спросил Снейп, с интересом разглядывая протянутые вампиром билеты. — Италия?
— Ага, — Майклсон улыбнулся и вновь поторопился прижаться ближе к крепкому телу гибрида, зарываясь лицом в мягкие волосы. — Предлагаю уехать на пару месяцев. Отдохнем, проведем время вместе. Ещё можно поколесить по Европе, ты ведь должно быть уже соскучился по старушке?
— А ты разве уже разобрался со всеми делами? Скоро будут выборы губернатора штата и…
— Клаус с этим разберется, — поторопился прервать парня Элайджа, — он уже согласился и, кстати, мы давно никуда не ездили вдвоем, помнишь?
— Помню, — усмехнулся Снейп, — получается Италия?
— Италия. — кивнул Майклсон, улыбаясь ещё шире.
Все было прекрасно. Они уехали в теплую солнечную страну, поселившись на вилле у самого моря. Элайджа не помнил, когда чувствовал себя счастливей, чем в эти пару месяцев. Правда, все немного омрачило то, что Северуса попросили проконсультировать одного человека по уголовному вопросу, но это лишь небольшой пустяк. Так думал Элайджа, когда Снейп уезжал в Рим. Когда же на пороге виллы на следующий день оказался Клаус, бывший совершенно один. Без Кэролайн, без Ребекки или Кола. Тогда вампир почуял неладное, но пропустил брата внутрь.
— Как дела, Элайджа? — проходя на кухню за братом, спросил Клаус, — вижу, хорошо здесь, да? Море, солнце, пляж, Северус…
— Да, Клаус, хорошо, но какого черта ты здесь делаешь? Разве ты не должен был контролировать выборы губернатора штата? — поднял бровь Элайджа, подходя к холодильнику и доставая оттуда пакет с кровью, — будешь?
— Нет, я перекусил одной туристской, — усмехнулся Никлаус, садясь на барный стул и смотря в упор на брата, не переставая улыбаться. — А где Северус, кстати?
— Уехал в Рим на консультацию какого-то человека, — ответил вампир. — Клаус, у меня что-то с лицом? Почему ты на меня так смотришь?
— Ну, а как я ещё должен смотреть на человека, трахающегося с альтернативной версией моего парня в гребанной параллельной реальности? — все также не теряя показного дружелюбия, ответил Никлаус. Элайджа замер и шокированно уставился на брата, — думал я не узнаю? Кстати, а тебе не кажется, что стоило меня оставить здесь хотя бы свободным, а не сводить с той гребанной блондинкой? Серьёзно, я как сюда попал, так смотреть на нее не мог.
— Как ты сюда попал?
— Так же как и ты. С помощью ведьмы.
Элайджа поджал губы, сжимая в руке пакет с кровью. Тот не выдержал и лопнул. Красная жидкость тут же поторопилась растечься по полу.
— И все равно это не твое дело, Никлаус, — Элайджа перевел взгляд на брата, — это не измена или что-то в этом роде. Все, что происходит здесь — мое личное дело.
— Оно было бы личным, спи ты в своих фантазиях с Анджелиной Джоли, но ты выбрал моего парня, — Ник поднялся с места и подошёл к брату, заглядывая в его глаза.
— Я не намерен перед тобой отчитываться, — старший Майклсон отбросил пустой пакет в сторону, — все, что происходит здесь, остаётся здесь. Я не трогаю твоего Северуса, помнишь? Тут же он выбрал меня, так что…
— Не трогаешь, да, — усмехнулся Клаус, хватая брата за горло и впечатывая его в стену, — зато смотришь на него, как голодный хищник на жертву. Ты думал я не замечал всех этих взглядом? Случайных прикосновений к нему? Думаешь, я не понял, почему ты так часто заходишь в нашу комнату, стоит нам уединиться?
— Пошел ты, — бросил Элайджа, прожигая брата взглядом.
— Ну, нет, Элайджа, я здесь за другим. Ты, — Ник ткнул пальцем в грудь вампира, — сейчас идёшь со мной и мы возвращаемся к нам, в нашу настоящую реальность, и ты забываешь про Северуса и начинаешь страдать по кому-нибудь другому, ясно? Я могу тебе подогнать даже номерок той волчицы Хэйли, если хочешь.
— Клаус! — Элайджа отнял от себя руки брата и кинул в него злой взгляд, — не смей мне указывать! Думаешь, что ты лучше всех знаешь, как кому будет лучше? С чего ты взял, что Северусу с тобой хорошо, а? Ты ведёшь себя как животное и мне просто больно видеть то, как ты иной раз обращаешься с ним! — вампир обнажил клыки. Гибрид сделал тоже самое, скалясь, — Как ты думаешь, если бы он узнал о том, какими были бы его отношения со мной, он бы выбрал тебя? Я думаю, что нет.
— Нарываешься? — зарычал Клаус.
— Отстаиваю свою точку зрения, Никлаус, — прошипел Элайджа, — я не хочу с тобой драться, но если другого выхода нет, то…
Первым на него бросился Клаус, затем Элайджа стал отвечать. Яростно, до крови и хруста костей. В порыве гнева Майклсоны ломали мебель, а кое-где умудрились повредить кафель. Тот просто раскололся от удара кулака Первородного.
Все закончилось ожидаемо. Клаус пригвоздил брата к полу и навис над ним с окровавленными костяшками. Элайджа смотрел на него гневно, но с каким-то принятием.
— Лучше убей меня, но я не смогу там жить. — произнес Элайджа. Клаус тяжело дышал и смотрел на старшего с сожалением. Он все не мог замахнуться и ещё раз ударить Элайджу или уж тем более завершить свое дело.
— Элайджа… Я не смогу тебя убить, ты же знаешь это. Ты мой брат, понимаешь? — крикнул Клаус.
— Клаус, зато ты не понимаешь, что это такое видеть его и не иметь права прикоснуться. Я не… Не знаю, как так получилось, но я полюбил его. Полюбил так, как не полюблю уже никого и никогда.
— Элайджа, мы что-нибудь придумаем. Фрея может что-нибудь наколдовать и ты перестанешь страдать от…
— Клаус, я не болею гриппом, я люблю, мать твою! Это не работает так, как ты говоришь. Нельзя по щелчку пальцев или велению магии перестать чувствовать что-то! — Элайджа сцепил зубы, отводя глаза в сторону. — Я не могу так. Мне здесь было так хорошо, но я буквально чувствовал, как начинаю сходить с ума. Метания между этим миром и тем… Они изматывают. Я начал ловить себя на мысли, что могу невольно спутать реальность и… Совершить непоправимое.
— Элайджа, — Клаус опустил кулак и перестал нависать над братом. Он отсел в сторону, вытирая рукой лицо, на которой после собралось ещё больше крови. Он посмотрел на нее, а потом на избитого брата, — я не могу его потерять. Он… Стал моим смыслом, понимаешь?
— Как и моим, Клаус.
Спустя время Никлаусу все же удалось убедить Элайджу вернуться, но тот все равно был немного странным. Отстраненным, что ли. Клаус волновался за него, а ещё и за Северуса, который тоже чувствовал все эти взгляды, но все никак не мог понять их значения. Снейп часто подходил к Нику и требовал, чтобы он разузнал, что происходит с его старшим братом. Самому младшему гибриду ничего выяснить так и не удалось.