— … Я хорошо разбираюсь в травах, — ответил мальчик, решая, что пойти с этими странными викингами перспектива не многим хуже верной смерти ночью в лесу.
— Думаю, Эстер найдет чем тебя занять. Пошли. — Майкл поманил за собой Северуса и тот, превозмогая недоверчивость, направился за ним.
Так Снейп оказался в общине Майклсонов, куда кроме этой семьи входило ещё десять подобных им. Майкл был вождём племени, главным охотником и добытчиком. Грозой морей и завсегдатаем морских походов на более богатые места. Не передать той «радости», что пронзила Северуса когда он окончательно убедился, что попал в… Даже не средневековье, а полнейшую Древность. Что ж, теперь он тоже викинг.
***
Первое время в общине для Северуса выдалось тяжёлым. Жёсткая иерархия, чужой язык, культура и собственная беспомощность выливались в раздражение и нередкие ссоры с другими людьми. Майклсоны его, как ни странно, приняли нормально, особенно Майкл с Эстер. Поначалу мальчика это удивило, но потом он узнал, что примерно пару недель назад у них умер младший сын и, видимо, у старших сработал родительский инстинкт в отношении него.
Для Северуса такая ситуация была выгодной, особенно за неимением альтернативы. Ведь, путем недолгих исследований и наблюдений, он понял что находится примерно в 945 году. Десятый век… Не передать всех тех эмоций, что обрушились на него в период принятия такого положения дел. Снейп не хотел здесь быть, но потом подумал, что лучше жить в десятом веке, нежели быть мертвым в двадцатом.
Возможно, это его шанс на новую жизнь? Непривычно оптимистическая мысль возникла в голове ребенка и он решил ее придерживаться. По крайней мере пока. Но для начала следовало хотя бы стать занятым членом общины, а не нахлебником. И у бывшего профессора на этот счёт возникло несколько идей…
Он исправно помогал Эстер, жене Майкла и матери шести детей, не считая погибшего Хенрика. Она была ведьмой, весьма сильной, если честно. Мальчик даже чувствовал лёгкую зависть от вида того, как та играючи обращалась с магией, приготавливая амулеты, проводя ритуалы и прочее. Одно радовало — зелья Северус мог готовить до сих пор. При чем получались даже самые сложные, благо викинги из походов тащили не только золото, но и ингредиенты.
Конечно, сразу ему никто не доверил варить отвары самостоятельно, но после одного случая все изменилось.
— Эстер! — Северус услышал этот мужской крик ещё в лачуге, где жена Майкла и хранила все для магии. Он нарезал коренья для одного зелья, но стоило ему услышать этот надрывный вопль, мальчик положил нож и вышел на улицу. — Северус, где Эстер? — тут же заметили мальчика викинги, которые как раз сегодня должны были вернуться из похода. Сейчас стояли возле крайней лачуги около семи человек, двое из которых поддерживали одного мужчину за плечи. Тот, кажется, потерял сознание.
— Она в лесу с Финном собирает травы, — ответил Северус, подходя к бессознательному викингу, — Что с ним?
Говорить ему, похоже, не сильно хотели, но эмоции сделали свое дело и Саймон, тот самый крикун, показал мальчику серебряную подвеску с черным камнем, закутанную в мешок.
— Кир коснулся ее и его как скрутило. На груди начала чернь какая-то появляться, — тут же добавил ещё один из ходивших в поход. Северус посмотрел на украшение и почувствовал от нее знакомую энергию. Проклятие. Мальчик поджал губы и молча побежал в лачугу, откуда притащил несколько настоев и размельченных трав.
— Это проклятие. Положите его на землю, — сказал мальчик.
— Слушай, малец, ты конечно молодец, но тут нужна рука взросло… — начал было Саймон, но под жёстким, не характерным для ребенка, взглядом заткнулся.
— Я повторяю, положите его на землю, если не хотите и сами впасть в безпамятство! — уже грубее повторил Северус. Викинги, видимо, удивились, но просьбу пацана выполнили.
Снейп быстро поднял верх одежды Кира и начал делать небольшие надрезы, прямо по черным линиям на груди. Их он тут же скачивал настойкой полыни, после этого он попросил чистую тряпку и, насыпав на раны Кира размельченных трав, начал перевязывать. Ему помогали Кордан и Нейл, худощавые мужчины, бывшие здесь главными кораблестроителями.
Много надежд на действия зелёного мальца не было, но уже через пять минут Кир начал приходить в себя. Через несколько часов он перестал мучаться с горячкой. На следующий день поднялся с постели абсолютно здоровым.
Именно этот эпизод стал переломным для Северуса Снейпа в общине.
***
Спустя 2 года.
— Финн, Элайджа, — Северус протянул старшим сыновьям Майкла и Эстер две кожаные сумки, наполненный всем необходимым для оказания первой помощи в походе. — держите.
— Спасибо, Северус, — Элайджа улыбнулся ему. Этому парню было уже шестнадцать, так что его время подошло. В отличие от двадцатиоднолетнего Финна, тот готовился к походу впервые, поэтому едва заметно нервничал.
— Да, твои отвары это нечто, — усмехнулся Финн, — ими даже можно укус медведя залечить.
Снейп позволил себе короткую ухмылку, после чего услышал, как к нему кто-то подошел. Мальчик оглянулся и увидел Никлауса. Рыжеватый мальчуган с пронзительными зелёными глазами, бывший его одногодкой здесь. Северус уже принял свой возраст и теперь воспринимал свои воспоминания, как прошлую жизнь, утратившую для него большую часть эмоций связанных с теми событиями. В водовороте общинных будней утонула любовь и скорбь по Лили, чувство долга и прочее.
— Никлаус, ты снова вывел из себя отца? — спросил Финн, кивая на наливающийся на щеке мальчишки синяк. Тот бросил на старшего гневный взгляд и сцепил зубы, игнорирую вопрос. Он лишь впихнул Элайдже два меча, предназначенные для уходящих братьев, и двинулся прочь, к лесу, где Клаус любил бывать в одиночестве. Северус в это время следил за ним, замечая за собой странное чувство понимания и сочувствия. Несмотря на то, что Майкл относился хорошо, даже слишком, к Северусу, тот совершенно не принимал Никлауса. Причины для Снейпа оставались загадкой.
— Нужно поговорить с отцом, — произнес Элайджа, явно переживающий за Клауса.
— Элайджа, нам уже пора, да и отец тебя не послушает. — сказал Финн, качая головой, — ладно, спасибо ещё раз, Северус, мы пошли.
— Да, постараемся привезти что-нибудь полезное из похода, — улыбнулся мальчику Элайджа. Тот кивнул и, когда старшие Майклсоны отошли, направляясь к берегу, где уже стоял драккар со старшими воинами. Там же был и Майкл.
— Северус! — Снейп повернул голову на громкий возглас рядом с собой и с улыбкой заметил Кола, девятилетнего мальчишку с русыми волосами и темными карими глазами. Тот почему-то был весь испачкан в грязи, но радостная улыбка на лице ребенка свидетельствовала о том, что тому это не доставляет никаких неудобств. — Вот! Я нашел ее! — Кол протянул Снейпу пучок цветов с голубыми бутончиками и стал выжидающе на него смотреть, пытаясь подгадать реакция зельевара. Да, Северус умудрился в столь юном возрасте заработать себе честь называться зельеваром. Пока что это одно из его самых главных достижений. Не считая, конечно, его небольшой школы, в которую ему без особых проблем отдали своих младших детей все члены общины.
Причины открытия школы были… Следствием того, что восполнять собственные знания Северусу было нечем. Книг в это время чертовски мало, книг по магии ещё меньше. И вот по причине интеллектуальной скуки мальчик решил, что начнет развивать местную молодежь и учить ее хотя бы писать и читать на латыни и других языках. Он уже научил этому Элайджу, Финна и Ребекку, младшую сестру Майклсонов. Судя по всему, благодаря этим знаниям, их походы оказывались более удачными.
И в итоге Северусу тактично спихнули всех желающих, чтобы тот открыл перед ними завесу тайных знаний. Серьезно, если бы те не смотрели на него, как на Бога, во время обучения, бросил бы мальчик все это ещё на этапе обсуждения. Учить детей, которым было искренне интересно, было неожиданно приятно. Вот только… Учиться хотели не все.