— Тогда как объяснить это? — спросила я, и мой голос ожесточился. — И где, бл*дь, моя одежда?
Её язык показался наружу, увлажнив губы.
— Оставайся здесь, — она развернулась и буквально выбежала за дверь.
Да ну нахер. Я покрепче стиснула на себе мешок для трупов, он же последний писк моды, и промаршировала следом. Я не собиралась выпускать доктора Хоуз из поля зрения, пока не получу свои вещи и какое-либо объяснение (вместе с извинениями), что со мной случилось.
Она быстро прошла по коридору и свернула в комнату справа. Я двинулась следом. К сожалению для доброго доктора, она не осознавала, что я иду за ней. Когда я кашлянула, она подпрыгнула на полметра.
— Не подходи ближе! — заорала она.
Я подняла руки, и мешок для трупов соскользнул. Подтянув его, я снова попыталась показать, что не желаю вреда.
— Я вам ничего не сделаю, — раздражённо заверила я. — Я просто хочу узнать, что случилось, и убраться отсюда.
— Целиком и полностью разделяю это желание, — она взяла коричневую картонную папку и сунула мне. — Ты. Была. Мертва.
Я села на стул и пролистала папку. Увидев содержимое, я резко втянула вдох.
— Обычно мы не начинаем так быстро работать над делами вроде твоего, — сказала мне доктор Хоуз. — Но учитывая местонахождение твоего трупа и тот факт, что ты явно была убита, тебя передвинули в начало очереди.
Я не говорила. Я не могла оторвать глаз от содержимого папки.
— Я не допустила ошибку, — повторила она. — И я даже не была первой, кто констатировал твою смерть.
Я могла лишь едва заметно кивнуть. Первым документом в папке были распечатки нескольких фото. Очевидно, что это снято у церкви Святого Эрбина.
— Когда сделали эти фото? — спросила я едва слышно, глядя на собственный труп, лежащий между двух могил. Зрелище не было приятным. Мои глаза остекленели и выпучились, я вся была залита кровью. Фотографические улики все указывали на один факт — что я действительно была мертва. Как и сказала та леди, мертвее мёртвого.
Она показала на временную отметку снимков.
— Незадолго до полуночи.
— Прошлой ночью?
Доктор Хоуз кивнула.
Мой взгляд скользнул к часам на стене. Если они шли верно, то сейчас без малого одиннадцать часов утра. А значит, я была без сознания двенадцать часов, прежде чем… воскресла. Я дотронулась до точки пульса на запястье. Моё сердце определённо продолжало биться.
— Можно мне? — спросила она.
Сглотнув, я вытянула руку. Она проверила мой пульс, совсем немножко дрожа.
— Хмм. Мне ритм кажется нормальным, — она нахмурила лоб.
— Я не вампир, — сообщила я без необходимости.
— Знаю, — быстро ответила она. — У меня тут прежде бывали вампиры, и ты не одна из них.
— Откуда вы знаете?
— Ты недостаточно красивая, — она улыбнулась, и к её щекам начал возвращаться нормальный цвет. — А сердцебиение вампиров, даже новообращённых, очень медленное в сравнении с человеческим. Сердцебиение оборотней очень частое. А твоё — нормальное.
Я посмотрела на фотографии.
— Это не кажется возможным.
— Ты ничего не помнишь? — её шок сменялся профессиональным интересом. Я же со своей стороны испытывала лишь тошноту.
— Я помню, как на меня напали, — ответила я. — Я не видела лица нападавшего. Не знаю, кто это был, но помню, как это ощущалось.
Она не скрывала любопытства.
— И?
— Пи**ец как больно, — честно ответила я.
Она посмотрела мне в глаза. Я отвернулась, не в силах справиться с сочувствием в её взгляде. Затем она щёлкнула пальцами.
— Кое-что может помочь, — внезапно заявилась она и улыбнулась. — Пойдём со мной.
Она вышла из комнаты, быстро направившись по коридору. Я пошлёпала следом, и наполовину испорченный мешок для трупов, прикрывавший мою наготу, трепыхался вокруг моих лодыжек.
— Обычно здесь присутствует сотрудник, — сказала она и мне, и как будто про себя. — Но Дин воспользовался затишьем и пошёл пообедать пораньше, — мы свернули за угол, где находилась маленькая стойка регистрации морга.
— Где мы конкретно?
— Больница «Фитцуильям Мэнор», — ответила она, подходя к компьютеру и начиная печатать. Затем она помедлила и подняла взгляд. — Прости. Я была слишком шокирована, чтобы запомнить твоё имя с первого раза. Как тебя зовут?
— Эмма, — ответила я. — Эмма Беллами.
— Можешь называть меня Лаура. Думаю, после такого можно перейти и на ты, не так ли? — она ещё постучала по клавишам, затем торжествующе воскликнула. — Вот. Ты тут.