— Как только мы вернемся за стол, ты будешь есть. Я не хочу, чтобы ты упала в обморок во время нашего праздника и, тем более, в нашу брачную ночь.
Я сделала, как он просил, и впихнула в себя еще пару кусочков уже холодного картофеля и мяса. Бдительный взгляд Луки следил за мной, пока он говорил с Маттео. В это время танцпол был заполнен другими людьми. Лили поднялась со своего стула и пригласила Ромеро на танец. Ничего удивительного.
Конечно, он не мог отказать ей. Я тоже не смогла отказаться, когда отец Луки попросил меня станцевать с ним. После этого меня передавали от одного мужчины к другому, пока я не потеряла счет их именам и лицам. Через весь танцпол глаза Луки следили за каждым моим шагом, даже когда он танцевал с женщинами наших семей. Джианна тоже не смогла уйти с танцпола. Я насчитала, по крайней мере, три раза, когда она танцевала с Маттео, и ее лицо становилось все более угрюмым с каждой минутой.
— Можно мне?
Я вздрогнула из-за отдаленно знакомого голоса, который послал дрожь страха по моему телу. Данте Кавалларо занял место тех, с кем я танцевала раньше. Он был высоким, хотя и не таким, как Лука, и не настолько мускулистым.
— Ты не впечатлена праздником.
— Все прекрасно, — сказала я машинально.
— Но ты не выбирала этот брак.
Я уставилась на него. Русые волосы и голубые глаза придавали его облику некую холодность, в то время как Лука излучал свирепую брутальность. Разные стороны одной медали. Через несколько лет Восточное Побережье и Средний Запад будут дрожать перед их решениями. Но я произнесла не это вслух.
— Это большая честь.
— И твой долг. Нам всем приходится делать вещи, которые мы не хотим. Иногда может показаться, что у нас нет выбора.
— Ты - мужчина. Что ты знаешь о невозможности выбора? — сказала я жестко, потом напряглась и втянула голову. — Прошу прощения. Это было необдуманно.
Я не могла так говорить с кем-то, кто был практически моим боссом. Потом я вспомнила, что он больше не был им. Отныне я не попадала под покровительство чикагской мафии. Выйдя замуж, я стала частью нью-йоркской мафии и, следовательно, попадала под влияние Луки и его отца.
— Я думаю, твой муж хочет вернуть тебя обратно в свои руки, — сказал Данте, кивнув головой, а затем отвел меня к Луке, который пристально посмотрел на него. Два хищника встретились.
Как только мы были вне пределов слышимости Данте Кавалларо, Лука посмотрел на меня.
— Что он хотел?
—Лука подарил мне взгляд, который дал понять, что он не поверил мне. В его глазах сверкало недоверие.
Музыка прекратилась, и Маттео хлопнул в ладоши, заставив гостей замолчать.
— Время бросать подвязку!
Мы с Лукой остановились, когда гости собрались вокруг танцпола, чтобы посмотреть шоу. Некоторые даже встали на стулья и подняли своих детей, чтобы каждый мог это увидеть. Под одобрительные возгласы наших гостей, Лука встал на колени передо мной и поднял брови. Я схватила подол платья и подняла его до колен. Лука скользнул руками по моим лодыжкам, потом по коленям и бедрам. Я замерла, ощутив прикосновение его пальцев на моей голой коже. Мурашки пробежали по всему телу. Прикосновение было легким и не неприятным, но он по-прежнему пугал меня.
Взгляд Луки был пристальным, когда он смотрел мне в лицо. Его пальцы коснулись подвязки на правой ноге, и он поднял мое платье вверх, чтобы все увидели мою ногу. Я схватилась за подол, и он скрестил свои руки за спиной, потом наклонился к моему бедру, его губы коснулись кожи под подвязкой. Я втянула воздух, но старалась удержать на своем лице маску счастливой невесты.
Лука схватился зубами за край подвязки и потянул ее по ноге, пока она не задержалась на моих белых высоких каблуках. Я подняла ногу, чтобы Лука смог забрать кусочек кружева. Он выпрямился и показал подвязку аплодирующей толпе. Я заставила себя улыбнуться и тоже захлопала. Единственным человеком, который не улыбался, была Джианна.
— Холостяки, — крикнул Лука своим глубоким голосом, — соберитесь вокруг. Может быть, кому-нибудь повезет жениться следующим!
Даже самые молодые шагнули вперед, Фабиано был среди них. Он хмурился. Вероятно, мать вынудила его принять участие. Я подмигнула ему, и он высунул язык. Я не могла не рассмеяться, первая настоящая реакция, которую я показала на свадебном пире.
Лука повернулся ко мне со странным выражением на лице. Я быстро отвернулась. Он поднял руку, сжав подвязку в кулак, прежде чем кинул ее в толпу ожидающих мужчин.