Мое сердце трепетало от страха. Это казалось действительно плохой затеей, но любопытство было сильнее тревоги. Я толкнула дверь и заглянула внутрь. Гостиная была темной и пустой, но еще откуда-то исходил свет. Положив руку на пистолет в сумочке, я прокралась дальше, но застыла от женского крика:
— Да! Сильнее!
Во мне поселился страх, когда я последовала за голосом. Я слышала такое раньше. Свет проливался через открытую дверь, и я в нерешительности остановилась перед ней. Все еще можно вернуться и притвориться, что письма не было. Из комнаты донесся еще один стон, и это был предел. Жар прилил к лицу, а потом, казалось, совсем покинул мое тело. Грейс Паркер стояла на четвереньках на кровати, в то время как Лука трахал ее сзади. Звук шлепков его тела о ее зад заполнял тишину, которая лишь время от времени нарушалась ее криками и стонами. Глаза Луки были закрыты, пальцы впивались в бедра девушки, он вбивался в нее снова и снова. Грейс подняла голову, встретилась со мной взглядом и ликующе улыбнулась. Желчь подступила к горлу. Так вот чем был занят Лука последние две ночи.
На одно безумное мгновение мне захотелось вытащить пистолет и бросить его ей в голову. Ведь выстрелить в нее у меня не получилось бы даже при большом желании. Я не была гангстером. Не была Лукой. Плечи поникли, и я отступила назад. Нужно убираться. Глаза Луки резко открылись, рука потянулась за пистолетом, лежавшим рядом на кровати, но потом он увидел меня. Дернулся и замер.
— В чем дело, Лука? — спросила Грейс, покачивая перед ним задницей. Он все еще был в ней. Мы смотрели друг на друга, и я чувствовала, как на глаза наворачиваются слезы.
Я развернулась и побежала. Нужно было уйти. Просто прочь. Меня трясло, когда я вышла из лифта на первом этаже, и дрожь не прекращалась. На улице я практически налетела на Ромеро, который, должно быть, следовал по GPS моего телефона. Он отшатнулся, посмотрел на мое лицо, затем на здание и его глаза округлились. Он знал. Казалось, знали все, кроме глупой меня.
Я рванула вперед, бежала быстрее, чем когда-либо в жизни. Перейдя улицу в сторону станции метро, уже в дверях я заметила Луку в расстегнутой рубахе и брюках. Ромеро догонял меня.
Но я была быстрой. Годы занятий на беговой дорожке наконец окупились. Практически пролетев по ступенькам, я нашла карту метро, которую мы с сестрами купили перед свадьбой. Мы заставили Умберто показать нам метро. Мне даже удалось проскользнуть в уже закрывающиеся двери вагона, хотя мне и не было ясно, куда он направляется. Но, увидев Ромеро и Луку, направляющихся к путям, у меня возникало единственное желание - убраться подальше. Прочь от ликующей улыбки Грейс, от звуков ударяющегося тела о ее зад, от его предательства.
В нашу брачную ночь я сказала Луке, что не ненавижу его. Хотелось, чтоб он спросил сегодня еще раз. Все еще дрожа, я опустилась на свободное место. Куда я направлялась?
Убежать не удастся. Лука уже наверно отправил за мной чуть ли не всех своих солдат. Издав удушливый смешок, я получила в награду несколько странных взглядов от пассажиров. Да что они знали? Они были свободны.
Взяв телефон, я набрала номер Джианны. Она ответила на втором гудке.
— Ария?
— Я застукала Луку с Грейс в постели.
Еще больше людей посмотрели в мою сторону. Какое это вообще имело значение? Они не знали, кто я такая. Свадебные объявления в газетах никогда не содержали мое фото. Еще больше внимания мне было точно не нужно.
— Черт побери!
— Да уж.
Выйдя на следующей станции, я начала рассказывать всю историю, одновременно быстро удаляясь от метро: тут они будут искать в первую очередь. В итоге я остановилась в темном шумном месте, где продавали бургеры и пиво. Заказала себе колу и бургер, хотя не собиралась пить или есть.
— Где ты сейчас? — спросила Джианна.
— Где-то. Даже не знаю. В ресторане вроде.
— Будь осторожна. — Я ничего не ответила. — Ты плачешь?
Так и было. Я промолчала.
— Не надо. Ни когда меня нет рядом, чтобы утешить и надрать Луке задницу. Я знала, что он мудак. Чертов ублюдок. Ты еще не переспала с ним, верно?
— Нет. Наверное, поэтому он мне и изменяет.
— Не смей винить себя, Ария. Любой порядочный человек держал бы свой член в штанах или использовал руку.
Подали бургер и колу, я поблагодарила официантку, которая задержалась у стола на несколько секунд. Ее взгляд остановился на моих слезах. Наконец я улыбнулась, и она, взяв поднос, ушла.
— Что теперь будешь делать? Думаешь вернуться домой?