Я любовалась нью-йоркским закатом из шезлонга на террасе. Ромеро листал спортивный журнал, сидя внутри пентхауса. Несколько раз я подумывала о том, чтобы попросить Луку отменить постоянное присутствие Ромеро, но так и не решилась. В пентхаусе со мной не могло произойти ровным счетом ничего, но без Ромеро мне и вовсе было бы одиноко, даже если мы не так много разговаривали. Марианна приходила только в обеденное время, чтобы сделать уборку и приготовить обед и ужин, а Лука большую часть дня отсутствовал. Я так и не сходила выпить кофе ни с одной из женщин Семьи. В любом случае, после предательства Косимы я не собиралась встречаться со всей семьей Луки.
На столике завибрировал телефон. Я подняла его, заметив высветившееся на экране имя Джианны, отчего в груди потеплело от счастья. Этим утром мы уже разговаривали, но для сестры звонить по нескольку раз в день было обычным делом, и я ничего не имела против.
Но услышав ее голос, я села прямо, сердце заколотилось в груди как сумасшедшее.
– Ария, – прошептала она, хриплым от слез голосом.
– Джианна, что случилось? Что происходит? Ты ранена?
– Отец отдает меня Маттео.
Я не понимала, не могла.
– Что ты имеешь в виду под «он отдает тебя Маттео»? – Я задрожала, и на глаза навернулись слезы. Джианна зарыдала.
– Сальваторе Витиелло говорил с отцом и сказал ему, что Маттео хочет жениться на мне. И отец согласился!
Я не могла дышать. Меня беспокоило что Маттео не простит Джианне ее дерзость. Он не привык, чтобы ему отказывали, но как отец мог согласиться?
– Отец объяснил почему? Я не понимаю. Я уже в Нью-Йорке. Ему не нужно выдавать и тебя замуж в Семью.
Я встала, не в силах больше усидеть на одном месте. Зашагала по террасе, глубоко дыша, пытаясь успокоить бешеный пульс.
– Я не знаю почему. Возможно, отец хочет наказать меня за то, что сказала то, что думаю. Он знает, как я презираю наших мужчин и как я ненавижу Маттео. Он хочет видеть, как я страдаю.
Я хотела возразить ей, но что-то подсказывало, что Джианна права. Отец считает, что женщины должны знать свое место и что лучший способ сделать это с Джианной – связать ее с таким человеком, как Маттео. За его ухмылками скрывалось что-то темное и недоброе, и я понимала, что лучше бы Джианне не провоцировать его, иначе он сорвется.
– О, Джианна. Мне так жаль. Я поговорю с Лукой, и, возможно, он сможет повлиять на Маттео.
– Ария, не будь такой наивной. Лука знал все это время. Он – брат Маттео и будущий Дон. Такие дела не решаются без его участия.
Я знала, что она права, но не хотела принимать этого. Почему Лука мне об этом не сказал?
– Когда они приняли решение?
– Несколько недель назад, еще до моего приезда.
Мое сердце сжалось. Лука спал со мной, заставил меня доверять ему и любить его и не потрудился сказать мне, что мою сестру продали его брату.
– Поверить не могу, что он так поступил! – зашептала я резко. Ромеро поднялся и внимательно следил за мной через окна. – Я убью его. Он знает, как сильно я люблю тебя. Он знает, что я бы не допустила этого. Я сделала бы все, чтобы предотвратить договор.
Джианна затихла на другом конце.
– Не ввязывайся в неприятности из-за меня. Слишком поздно, в любом случае. Нью-Йорк и Чикаго ударили по рукам. Сделка заключена, и Маттео не выпустит меня из своих лап.
– Я хочу тебе помочь, но не знаю как.
– Я люблю тебя, Ария. Единственное, что мешает мне прямо сейчас вскрыть себе вены – это то, что я буду жить в Нью-Йорке рядом с тобой.
Страх заставил сердце болезненно сжаться.
– Джианна, ты самый сильный человек, которого я знаю. Обещай, что не наделаешь глупостей. Если ты что-нибудь с собой сотворишь, я не смогу с этим жить.
– Ты намного сильнее меня, Ария. У меня длинный язык и показная бравада, а ты несгибаемая. Ты вышла замуж за Луку, ты живешь с таким человеком, как он. Я не думаю, что смогла бы это сделать. Я не думаю, что смогу.
– Мы разберемся с этим, Джианна.
Двери лифта открылись, и Лука вошел в пентхаус. Пробежавшись взглядом от Ромеро ко мне, он нахмурился.