Пока Кир целовал ее, Кейл прочертил огненную тропу губами и клыками от ее шеи к плечу, дразня, сводя с ума.
Одеяло, укрывавшее Эйлин, внезапно слетело, и прохладный воздух обжег обнаженную кожу, делая ее еще чувствительнее к каждому их касанию. Кейл спустился ниже, ведя свой чувственный след по ее руке, затем сжал ладонью ее бедро.
Кир провел кончиками когтей по ее горлу. По телу разлились дрожащие волны наслаждения. Соски напряглись, низ живота сжался от нарастающей пустоты. Его пальцы достигли ворота ночной рубашки, задержались, скользя туда-сюда по ткани, разжигая его еще сильнее с каждым прикосновением.
Кейл взял ее ногу, приподнял и скользнул под нее, устраиваясь меж ее бедер. Ладонями обхватив ее талию, он поддел пальцами трусики, приподнял попку и стянул ткань вниз.
Первое дуновение воздуха на обнаженной плоти оказалось словно поцелуй. Эйлин оторвалась от губ Кира и взглянула на Кейла. Он стоял на коленях перед ней, в тусклом свете его силуэт казался резким, а в глазах мерцали отблески. Он не отводил взгляда, пока стягивал с нее белье.
Губы Кира опустились на ее шею, ладонь скользнула вниз, легла на грудь, задела затвердевший сосок. Эйлин снова задрожала и тихо застонала, когда наслаждение смешалось с нетерпением. Но рука не задержалась на груди — она пошла ниже, по животу, и лишь ненадолго остановилась, зацепив ткань ночной рубашки.
Костяшки прошлись по ее коже, пока он так же медленно, мучительно тянул рубашку вверх, синхронно с движениями Кейла. Их прикосновения оставляли за собой следы жара и дрожи.
Эйлин подняла руки, помогая, пока Кир приподнялся и стянул рубашку. Волосы рассыпались по подушке и плечам как раз в тот момент, когда Кейл сдернул с ее ног белье и отшвырнул его прочь. Она опустила руки по обе стороны от головы.
Кейл обхватил пальцами ее бедра с внутренней стороны и прижал колени Эйлин к матрасу, раздвигая ее полностью.
Все вокруг замерло и стихло. Эйлин лежала обнаженная и уязвимая. И сколько бы она ни желала этого, ни жаждала близости с близнецами, ни тянулась к их прикосновениям, — ей не удавалось заглушить шепот в глубине сознания.
А если им не нравится то, что они видят? Если ее человеческое тело кажется им странным, непривлекательным?
Если они находят ее… неправильной?
Эйлин никогда особенно не заботило чужое мнение, но в случае с Киром и Кейлом это имело значение. Огромное значение. Она сжала пальцы, вонзая ногти в ладони, и прикусила нижнюю губу. Бедра задрожали, пытаясь сомкнуться сами собой, но Кейл держал их крепко.
— Нет, — сказал он с той же решимостью, с какой сама Эйлин раньше запретила им отстраняться. Его лицо стало свирепым, первобытным, как у хищника, нацелившегося на добычу. — Дай нам смотреть на нашу пару.
Кир положил ладонь ей на живот, широко раскинув пальцы.
— Дай нам смотреть на то, что подарено свыше.
Воздух словно наэлектризовался, пока их огненные взгляды скользили по ее телу. Эйлин ощущала их так же осязаемо, как и прикосновения. Взоры обжигали кожу, пробуждая новые, еле уловимые ощущения, новые удовольствия. Тепло растекалось по телу, собираясь внизу живота.
То, как они смотрели на нее в эти бездыханные мгновения, было интимнее любого прикосновения, любого слова. Кир и Кейл смотрели так, словно она была всем для них. Под их неотступными взглядами ее сомнения и неуверенность рассеивались.
— Никогда еще я не видел такой красоты, — голос Кейла был низким, густым, когти впились в плоть ее бедер.
— Я не мог представить, что такое возможно, — таким же тоном произнес Кир, его рука скользнула к ее бедру.
Вместе они зарычали:
— И она — наша.
Реакция Эйлин на их грубое заявление была мгновенной и сильной: сердце пустилось в галоп, кожа вспыхнула, живот свел сладостный спазм возбуждения.
— Вся наша.
Кир мягко провел рукой по шраму на ее боку. Кейл скользнул ладонями по внутренней стороне бедер.
— Каждая часть.
Кир обхватил ее грудь ладонью. Сначала он дразнил податливую плоть легкими ласками, но постепенно усиливал нажим.
— Наша на’дия такая мягкая.
Эйлин повернула к нему лицо, но его темные, полные собственнического жара глаза были прикованы к ее телу. Он поймал сосок между большим и указательным пальцем и сжал. Она вздрогнула с тихим возгласом, когда по телу прокатилась волна острых ощущений.