Кейл повернулся к пульту, а Кир запрыгнул в соседнее кресло, защелкивая ремни, даже пока выводил на экран нужные ему показатели.
— Это все лишь предосторожность, да? — спросила Эйлин дрожащим голосом. — С нами все будет хорошо?
— Все будет хорошо, на’дия, — уверенно сказал Кир.
Они должны быть в порядке. Другого выбора нет. Их пара в опасности, и они не позволят причинить ей вред. Кир провел пальцами по экрану — стены и потолок кабины исчезли, уступив место виду за пределами корабля.
Впереди — Омега IV, их цель. Пока еще крошечная точка, оттенки бурого и серого, местами белые облака и голубые блики воды. Вокруг — черный космос, усыпанный звездами, прорезанный облаками далеких туманностей.
И вдруг сквозь голограмму вспыхнули цвета — яркие зеленые и синие языки, искры, дрожащие и мечущиеся. «Клык» содрогнулся. Новые сигналы тревоги разом взвыли, оповещения замелькали на экранах.
Шторм начался.
— Это нормально? — спросила Эйлин напряженным голосом, пока и цвета, и тряска усиливались.
— Совершенно нормально, — ответил Кир.
Ее тревога была ощутима так же ясно, как и оправдана. Близнецы жаждали успокоить ее, сказать, что бояться нечего. Слова утешения вертелись на языке, но они не произнесли их.
Сказать Эйлин, что все будет хорошо, — это обещание. Сказать, что опасности нет, — это ложь.
Будто подтверждая ее опасения, «Клык» снова тряхнуло, под ногами прокатился глухой рев. За бортом голографическое изображение стало ярче, к палитре добавились красные и фиолетовые вспышки, пульсирующие на границе видимого спектра.
Пальцы Кира скользили по панелям с бешеной скоростью, а Кейл следил за показателями щитов. Уровни падали все быстрее с каждой новой волной, целостность колебалась. Даже подавая в них новые порции энергии, Кир не мог стабилизировать систему.
Следующая вспышка была такой яркой, что окна сами затемнились. Нос корабля ушел с курса. Автопилот включился, пытаясь скорректировать траекторию. Кейл отметил местоположение единственного поселения Омеги IV, Навайр, на карте и отключил автопилот. Он взял управление в свои руки.
Это разумно? — послал Кир.
Кейл скосил взгляд на Эйлин. Она дышала часто, но ровно, ее кожа была бледнее обычного, руки вцепились в ремни так, что побелели пальцы. Ее выдержка держалась на волоске.
Я смогу провести нас вручную, — ответил Кейл. — Нам нужно все, что можно отдать на щиты.
Кир тоже посмотрел на свою на’дию, и что-то в его лице смягчилось.
— Мы с тобой, на’дия.
— Мы переживем это вместе, — добавил Кейл.
Как-то ей удалось улыбнуться, и удивительнее всего было то, что улыбка была искренней.
— Вместе.
Как бы нам хотелось прямо сейчас просто обнимать ее…
Нам лишь нужно пережить этот шторм, и тогда мы сможем обнимать ее сколько захотим, брат.
Корабль вздрогнул, и по голографическому окну пронзительной дугой пронесся фееричный фон из красок. Один из экранов перед Кейлом погас на мгновение, проектор выключился на полсекунды, а затем вновь заработал.
Показания питания корабля пропали еще на более короткий момент, когда они восстановились, уровни тревожно упали, как и целостность щита. Другие экраны в кабине мигнули.
Так же внезапно, как упали, показатели энергии подпрыгнули почти до прежних значений.
Целостность щита — нет.
В обычных условиях энергетический щит служил бы лишь дополнительным барьером против шторма. Корпус корабля был бы вполне способен защитить пассажиров от экстремальной радиации даже такого мощного шторма.
Но корпус «Клыка» был поврежден с тех пор, как Асказор проделал в нем дыру. Внутренние перегородки и двери не были рассчитаны на защиту от таких космических энергетических волн и не могли бы обеспечить безопасность для близнецов и их пары.
«Клык» раскачивался и выворачивался под натиском шторма. Дрожащими руками Кейл снова и снова выравнивал курс, борясь со штурвалом, чтобы удержать вектор. Возможности окончания этого всего катастрофой плясали на краях сознания, столь же многочисленные, как атомные частицы, бомбящие корабль — бесконечные пути к гибели, бесконечные способы потерять все.
К счастью, его ментальный щит держался, как и энергетический щит «Клыка». Планета впереди и бесчисленные звезды вокруг нее крутилсь и качались в поле зрения Кейла, но он уставился на нужную точку и сделал ее своим якорем, своим центром. Показатели питания продолжали снижаться, убывая все быстрее, поскольку все больше энергии уходило на то, чтобы держать корабль на курсе.