Кейл одной злой вспышкой когтей убрал сообщение и опустил руку на управление антигравитацией как раз в тот момент, когда голографические иллюминаторы вновь вспыхнули.
— Зор аткошай, — выдохнул Кир.
— О, блядь, — пробормотала Эйлин.
Земля все еще была прямо впереди, но теперь намного, намного ближе. Тело Кейла рефлекторно напряглось, готовясь к столкновению, желудок скрутило узлом, сердце пыталось выпрыгнуть из груди.
— В третий раз повезет, — дрожащим, но полным надежды голосом прошептала Эйлин.
Кейл врезал в кнопку антиграва. «Клык» зашатался. Механизмы на нижней палубе заворчали и набрали мощность, переходя в гудящий вой.
На экране появилось еще одно сообщение: АНТИГРАВИТАЦИОННЫЙ ДВИГАТЕЛЬ ВКЛЮЧЕН.
Земля была теперь так близко, что Кейл мог различить гальку, мог сосчитать блестящие вкрапления на поверхности. В глубине живота все сжалось так сильно, что он чувствовал покалывание в пальцах ног.
Смерть. Он смотрел ей в лицо.
Но смерть и вся жестокость вселенной могли пойти нахуй.
Не дав себе облегченно выдохнуть, он схватил штурвалы обеими руками, поставил ноги на педали и сделал то, что предложила Эйлин — потянул вверх.
Внутри все перевернулось так, как не должно быть. Нос корабля взмыл. На периферии мелькали предупреждающие пиктограммы, он их проигнорировал и выровнял «Клык» над землей.
Инопланетный ландшафт расцвел перед Кейлом, скалистые образования вырисовывались силуэтами в свете заходящего солнца. Нервный, но облегченный смех вырвался из Эйлин, к ней присоединились Кир и Кейл.
Кейл, наконец, вдохнул, ведя «Клык» над одним из широких каньонов. Игра света и тени на земле была прекрасна, особенно с этими отражающимися вкраплениями. Он наслаждался коротким затишьем.
— Кир, перенаправь маршрут к Навайру, — сказал Кейл, оглядывая горизонт. — Приземлимся где-нибудь рядом с…
В тот момент снова завыла тревога. Жужжание антигравитации ослабло, и поступательная скорость корабля стала падать.
— Мы теряем мощность, — отрезал Кир.
В голове Кейла взметнулась буря ругательств, столкнувшихся друг с другом так, что ни одно не выплеснулось наружу. Взмахом руки он развернул голографическое изображение внешнего вида, и пол кабины, казалось, расплылся.
— Боже, это страшно, — прошептала Эйлин, поджав ноги от пола. Кейл не ослабил захват хвостом на ее ноге.
Внизу тянулось дно каньона, его скалистые стены поднимались по бокам. Вдоль низины вился ручей, по краям проглядывала растительность. Все пронеслось в размытом потоке, пока корабль мчался вперед.
— Мы с тобой, на’дия, — сказал Кир.
Кейл сбросил скорость «Клыка», заставив судно затрястись. Рев антигравитационного привода — один из многих звуков, которые прежде не были характерны для «Клыка» до его повреждений — усилился.
— Держитесь, — прорычал Кейл.
— Держаться будет «Клык», — проворчал Кир.
Взгляд Кейла зацепился за место впереди, где изгиб каньона создавал относительно широкое, ровное пространство. Он еще больше сбросил скорость. «Клык» подпрыгнул, покачнув пассажиров в креслах. Кейл как-то сумел удержать корабль ровно, проведя его через просвет, настолько узкий, что борта едва не касались скал, плавно опускаясь все ниже и ниже…
Наконец судно выровнялось над выбранной площадкой для посадки. Кир выпустил шасси; Кейл приподнял нос корабля и снизил скорость еще сильнее. Несмотря ни на что, они могли выполнить спокойную посадку, и тогда…
Голографические окна погасли, снова оставив кабину в кромешной тьме. На мгновение все стихло, кроме оглушающего стука сердца Кейла. Потом желудок сжался, и он почувствовал, как гравитация пытается вырвать его из кресла.
Они падали.
«Клык» с грохотом ударился о землю, этот звук, этот удар стали всем миром Кейла. Все содрогнулось, все распалось. Он сам ощущал, как распадается. Грохот стих так же внезапно, как начался, но корабль еще несколько секунд скользил вперед, дробя и раскалывая под собой камни и грунт.
Затем воцарилась неподвижная тишина.
Эйлин закашлялась, и Кейл вздохнул, так что горло обожгло воздухом. Он быстрыми движениями отстегнул ремень и бросился с места, врезаясь в Кира, который тоже мчался к Эйлин. Их ощупывающие руки нашли ее как раз до того, как включилось аварийное освещение, окрашивая все мягким красным светом.
Глаза Эйлин беспокойно метались между Киром и Кейлом.