— Уф, — покачал головой Орассик. — Так ты и дальше будешь притворяться, что между нами ничего нет, Эмай?
Эмай фыркнула.
— Что бы у нас с тобой ни было, Ор, это уж точно не любовь.
— Так вот почему ты воешь громче семи гроз, когда я заставляю тебя кричать?
Схватив тряпку с фартука, Эмай скомкала ее и запустила в Орассика изо всей силы. Даже не посмотрела, куда пришелся удар — ее внимание уже было приковано к Эйлин и близнецам. Щеки ее порозовели, но было непонятно, от самой ли стычки или от слов Орассика.
— Я позабочусь о вашей еде и выпивке, пока вы в поселении, — сказала она, прижав кулаки к груди и склонив голову. — Это меньшее, что я могу для вас сделать после случившегося.
— Это была не ваша вина, Эмай, — сказала Эйлин. — Вам не нужно этого делать.
— Не нужно, но я все равно буду, и можно на ты, — отмахнулась она, обойдя стойку и взмахнув рукой. — Кроме этого ужина. Этот все-таки пойдет на счет Орассика.
Орассик расхохотался и оскалился в сторону Эйлин и близнецов.
— Не скажу, что не буду рад расплатиться за это.
Эйлин улыбнулась задорному борианину, но, повернувшись к Киру и Кейлу, тут же побледнела. Их лица были напряженными, глаза горели, впившись только в нее, и от них исходила хищная аура — та самая, что разжигала пламя желания глубоко в ее чреве.
Протянув руки, Эйлин коснулась их щек.
— С вами все в порядке?
Они придвинулись ближе, их пальцы в броне снова сжались, и вдруг она осознала, что ей не хватает царапающего прикосновения когтей. Кейл шумно вдохнул, раздув носовые щели, и наклонил голову. Его губы приподнялись, обнажая клыки. Кир облизался. От исходящего от них жара кружилась голова — он был пьянящим, соблазнительным, сводящим с ума. Притяжение к ним стало сильнее, чем когда-либо, и она сама не заметила, как слегка потянулась вперед.
Кир застонал и резко отвернулся, выпуская рваный выдох.
— Мы… в порядке.
Кейл зажмурился и тряхнул головой. Мгновение оба были напряжены, а затем прикрыли ее руки своими. Кир снова посмотрел на нее с улыбкой, в которой сквозило лишь легкое напряжение. Кейл улыбнулся сдержаннее, но его губы растянулись шире, когда их взгляды встретились.
— Нам стоит доесть, — сказал он.
Кир мягко убрал ее ладонь со своей челюсти.
— Если собираемся купить припасы перед возвращением на корабль, лучше не задерживаться.
Кейл опустил ее другую руку.
Она знала — с ними что-то не так. Они сдерживали себя. Она чувствовала это — их желание билось в такт ее через их связь. Но сейчас было не время и не место.
— Хорошо, — согласилась Эйлин.
Тревога отступила, хоть и ненадолго, когда близнецы приподняли ее руки к своим губам и коснулись их поцелуями. В этой нежности и теплоте казалось, что все случившееся мгновение назад было лишь ее воображением.
32
К счастью, той компании парней, что приставала к Эйлин в столовой, нигде не было видно, когда она вместе с близнецами вышла наружу. Она не позволила инциденту испортить себе трапезу — во многом благодаря спокойному, уравновешивающему присутствию Кира и Кейла. К тому же, Орассик ушел вскоре после происшествия, чтобы переговорить с Иаллой, чья роль в поселении, как пояснила Эмай, была чем-то вроде мэра и шерифа в одном лице.
Немногочисленные лавки Навайра располагались возле столовой, на центральной площади. Сначала близнецы повели Эйлин в «Омега-Меркантайл» — что-то вроде универсального магазина. Там продавались местные продукты и еда, а еще товары, привезенные с других миров: расфасованные пайки, напитки, медикаменты, простые инструменты, одежда и предметы для выживания. В лавке можно было найти всего понемногу.
Они купили несколько легких в переноске рационов, напитки, которых не было на «Клыке», банку джема из аддива и плащ вроде того, что носила Иалла, чтобы защитить Эйлин от солнца.
Следующей в ряду была лавка, похожая на хозяйственный магазин, где также торговали электроникой, ее они пропустили и остановились у третьей — «Сверкающая Пещера». Кир и Кейл наклонили головы, разглядывая причудливую витрину.
В окошке теснились украшения, безделушки, одежда и предметы декора, все ручной работы. Взгляд Эйлин тут же зацепился за это, и она, подняв на своих пар широко распахнутые, полные надежды глаза, сложила ладони в молитвенном жесте и попросила впустить ее внутрь. Близнецы лишь улыбнулись и пригласили ее жестом к двери.
Ассортимент оказался еще разнообразнее, чем могло показаться на первый взгляд. Часть помещения была оформлена так, словно стены сложены из камня или дерева, а в разных углах журчали фонтанчики, наполняя воздух мелодией текущей воды.