Она отвела взгляд, когда слезы защипали глаза, и провела рукой по волосам.
— Ты не можешь обещать этого. Никто не может.
— И все же мы обещаем, — сказал Кир из дверного проема. Его шаги таяли в воздухе, пока он бесшумно приближался к ней. Он поставил принесенные вещи на стол и сел рядом. — Никто во всей вселенной не будет бороться так яростно, как мы двое, чтобы остаться с тобой, Эйлин.
Почему же это так больно?
Эйлин подняла на него глаза.
— Я понимаю, я веду себя… — Она покачала головой и выдохнула со смешком. — Глупо. Я знаю.
— Нет, на’дия, — Кир провел ладонью по ее щеке.
Кейл скользнул костяшками по ее руке и обвил хвостом ее ногу.
— С того момента, как мы узнали в тебе свою пару, мы боремся со страхом.
— Со страхом, что тебе причинят боль, что мы потеряем тебя. Ты не одна чувствуешь это.
Эйлин улыбнулась, шмыгнув носом и моргая сквозь слезы.
— Я знаю. Я знаю, что мы все пережили утрату. Но я просто…
…люблю вас. Люблю вас обоих так сильно, так глубоко, так целиком, что душа болит.
Ее глаза распахнулись.
О, черт! Нет, нет, нет! Не…
— Не так я хотела это сказать, — поспешно выпалила она, глядя то на одного, то на другого, и краснея. Она облокотилась на стол и закрыла лицо руками.
Почему я не выпалила это, пока они были во мне? Даже это было бы романтичнее, чем сейчас!
Кир рассмеялся.
— Ах, на’дия. — Он взял ее за правую руку, мягко отводя ее от лица. — Мы знаем. Ты показывала нам это бесчетное количество раз.
Кейл перехватил ее левую руку, осторожно потянул ее вниз и переплел их пальцы.
— Взглядом. Словами. Заботой и внимательностью. Самоотверженностью.
— Мы надеемся, что и мы показали тебе то же, — продолжил Кир. — Но если этого оказалось недостаточно…
Они наклонили головы, скользнув носами по ее волосам и касаясь губами ее ушей. И оба сказали:
— Мы любим тебя, на’дия. Сердцами, мыслями и душами. Мы любим тебя.
В груди Эйлин распространилось тепло, и она широко улыбнулась. Она повернулась сначала к Кейлу, потом к Киру, даря каждому мягкий, долгий поцелуй, неторопливо касаясь их губ.
Любовь Эйлин и близнецов эхом отзывалась в их новой связи — в словах и в чистых эмоциях. Она крепла, распускалась, росла.
И несмотря на просыпающееся возбуждение, этого было достаточно. Просто быть вместе, просто быть рядом — было достаточно.
Наконец близнецы выпрямились, и Эйлин впервые взглянула на стол с тех пор, как к ним присоединился Кир. Он поставил туда поднос с овальной, похожей на питу выпечкой, купленной в центре, и банку джема из аддива.
Она улыбнулась и, подхватив банку, потрясла ее в воздухе.
— Знаете, вам придется запастись этим, прежде чем мы уедем, хорошо?
Кир усмехнулся.
— Сколько захочешь.
— Тогда нам стоит освободить дополнительное место под еду.
В ее воображении возникли ряды полок, уставленные банками джема из аддива и, судя по смеху близнецов, эта картинка невольно передалась и им.
Они быстро расправились с хлебом и успели съесть половину джема. Эйлин с довольным стоном провела языком по пальцу, слизывая последние следы лакомства. Если бы хлеба было больше, она, наверное, продолжила бы есть, хоть и была почти уверена, что уже съела больше, чем Кир или Кейл. Видимо, ее разум после сексa был так разрушен, что раньше она и голода не замечала.
Эйлин довольно прислонилась к Киру и потерлась щекой о его руку.
— Как вкусно.
Ей ничего не хотелось больше, чем провести день, чередуя ленивое валяние и дикий секс с ее мужчинами.
Боже, я превращаюсь в одержимую сексом.
Это они виноваты. Они меня провоцируют.
Кир хихикнул.
— Ты нас винить собираешься?
Она робко взглянула на него и улыбнулась.
— Определенно.
Кейл отмахнул прядь волос с ее щеки, привлекая к себе ее внимание.
— Мы купили еще кое-что.
— Хотели отдать это тебе прошлой ночью, — добавил Кир.
По пси-связи промелькнули образы, пропитанные яростью — головорезы, напавшие на них по дороге к кораблю. За пару секунд Эйлин пережила ту схватку заново, но уже глазами близнецов. Она ощутила их гнев как свой… и, пожалуй, так оно и было.
— Очевидно, все пошло не по плану, — сухо произнес Кейл.
Он и Кир сунули руки в карманы и достали по тканевому свертку, размером с ладонь.
— По традиции даэв на’дивали дарят своей на’дии подарок на связывание, — сказал Кир, проведя большим пальцем по ткани и очертив спрятанный внутри предмет. — Именно это мы и собирались сделать.