Кейл… пожалуйста…
— Тебе нужно больше, на’дия? — спросил он, осторожно очерчивая ее вход кончиком пальца. — Тебе нужно, чтобы я был здесь?
Да. Хочу, чтобы ты вошел в меня, — умоляла она.
— Кто я такой, чтобы отказывать своей паре.
Его рука отступила, и тут же ее сменил тупой, ищущий кончик его члена. Кейл мягким толчком вошел в нее, скользнув внутрь, увлекаемый ее влагой.
Эйлин застонала и выгнулась, принимая его глубже.
Кир зарычал и дернулся. Новая капля семени выступила на головке, и Эйлин жадно втянула ее.
— Блядь, — прорычал он.
Кейл отстранился. Лоно Эйлин судорожно сжалось вокруг пустоты, что он оставлял за собой, и она едва не закричала от потери, от этой пустоты.
Нет! Пожалуйста, умоляю…
Схватив ее за бедра, Кейл рванул вперед, глубоко пронзив ее. Эйлин вскрикнула. Боль мигнула и растворилась в потоке жара и той чудесной наполненности. Ее внутренние стенки сомкнулись на его стволе, не желая отпускать, втягивая его все глубже.
— Ах, на’дия… — простонал Кейл. Его пальцы сжались, когти впились ей в кожу. — Я чувствую тебя. Чувствую так сильно.
Сначала его движения были поверхностными, будто он растягивал ее, давал привыкнуть к себе, но вскоре он снова вышел — дольше, дальше, чем прежде, заставив ее остро ощущать каждый прекрасный гребень.
Эйлин задрожала.
— А теперь позволь мне почувствовать тебя всю.
Кейл вогнал член в нее так глубоко и резко, что у нее перехватило дыхание. Снова. И снова. И снова. Его толчки становились все яростнее, все зверинее, и каждый раз Эйлин кричала, с членом Кира во рту. Но мысленно она умоляла Кейла двигаться быстрее, сильнее.
Давление росло внутри, подпитываемое расползающимся наслаждением. Кир сжал ее волосы обеими руками и двинул бедрами в такт брату. Челюсть Эйлин ныла от напряжения, но ей было плевать — рычания и хриплые стоны, сопровождавшие каждое их движение, стоили того. Это наслаждение — их общее наслаждение — было того достойно. Ее пары были того достойны.
Они ускорялись, их ритм превратился в разрушительный, готовый разорвать ее на куски невыразимым экстазом, стереть ее до пепла. И она приветствовала это. Уже утонула в водовороте чувств, разделенных с ее любовниками, и жаждала еще, еще, еще. Но в этом безумии она утащила с собой Кира и Кейла.
И миг настал — взрывной, всепоглощающий. Три души вскрикнули в восторге. Три тела содрогнулись, сокрушенные наслаждением. Все, что чувствовала Эйлин, чувствовали Кир и Кейл. Все было общим.
Кейл вонзился в Эйлин в последний раз, его член дернулся, заливая ее горячими потоками семени. Ее лоно сжалось вокруг него, нутро свело в сладкой судороге, и она застонала. Но стон оборвался, когда семя Кира пролилось ей в горло. Она проглотила, сжимая его член рукой, выжимая все до последней капли.
Тяжело дыша, Кир вышел из ее рта и рухнул рядом на землю. Ладонью он обхватил ее лицо, заглянул в затуманенные глаза и поцеловал.
— Эйлин, — прошептал он, прервав поцелуй. Он прижался лбом к ее лбу.
Эйлин улыбнулась и коснулась его щеки, проведя большим пальцем по отметине. Ее сердце колотилось так, что казалось — вот-вот вырвется наружу. Тело ломило от усталости, но это была самая приятная усталость.
Тепло укрыло ее спину — Кейл наклонился, покрывая ее татуировку поцелуями, медленно спускаясь по позвоночнику. Его руки массировали ее бедра, унимая боль от сокрушающей хватки.
— На’дия, — прохрипел он.
Кейл осторожно вышел из нее, заставив вздрогнуть, когда гребни скользили по внутренним стенкам в последний раз. Его семя начало вытекать, но он прижал подушечку пальца, возвращая его внутрь. Эйлин задрожала снова. Это было так дико, так властно, словно он не желал, чтобы часть его ее покинула, словно метил ее своим семенем.
А затем близнецы мягко уложили ее между собой. Их руки, ноги и хвосты переплелись, заключая ее в сильное кольцо тепла.
— Под какими бы звездами мы ни лежали, — сказал Кир.
— В какие бы галактики мы ни отправились, — продолжил Кейл.
— Мы будем любить тебя все сильнее с каждым мгновением, — сказали они вместе, руками и хвостами касаясь ее кожи. — Ты — наш дом.
42
Шалла просунула руку в отверстие потолка и бросила взгляд через плечо на Кейла, Кира и Эйлин. Хотя молодая урити держала лицо нейтральным, в ее фиолетовых глазах заблестело волнение.
— Готовы?
Кейл кивнул, а Кир и Эйлин ответили одновременно, бодро: