Я всегда хотела увидеть Артос, — пульсировала Эйлин, улыбаясь Кейлу. — Говорят, это одно из чудес Вселенной.
Выдохнув через нос, Кейл ответил:
Ради тебя, на’дия. Ради тебя я снова выдержу Артос.
Кира хлопнул по ноге Кейла хвостом.
Перестань драматизировать, брат.
Можно ли винить меня за то, что я не хочу делиться видом Эйлин?
На щеках Эйлин проступил легкий румянец, и по пси-связи прокатилась искра возбуждения, осевшая внизу живота Кейла.
Кир посмотрел на свою пару с голодным блеском в глазах.
Нет. К чему нам остальная Вселенная, если у нас есть она?
Эйлин сжала губы и медленно, протяжно выдохнула. На ее лице отразилась строгая решимость.
Вы двое должны вести себя прилично. Мы не одни.
К счастью, Шалла снова погрузилась в отчет, перебирая данные и переходя по меню на дополнительном экране. Спустя несколько минут она опустила глаза и сказала:
— Я тут подумала…
На лице Эйлин отразилось легкое недоумение.
— Что такое, Шалла?
— Вы, наверное, не поверите, если я скажу, но… — Шалла замялась, и это в очередной раз напомнило Кейлу, какая она все же юная. — Сколько бы я ни ремонтировала подобное, я никогда в жизни не летала на космическом корабле. Ну, у меня есть ховербайк, который мы с отцом починили, когда нужно было проверять технику за пределами поселения, но это же не… — Урити обвела взглядом кабину и вскинула руки, указывая на «Клык» вокруг них. — Это же не то же самое.
— Ты просишь прокатить тебя? — сухо уточнил Кейл.
— Ну, вам все равно нужно протестировать корабль, не так ли? И я должна присутствовать при испытательном полете, если что-то придется подправить. Мы можем просто слетать в поселение! Уверена, отец будет счастлив увидеть этот корабль своими глазами, и сможет перепроверить все, так что вы будете знать точно…
Кир рассмеялся и плюхнулся в кресло.
— Можно было просто попросить.
Урити засияла.
— Правда?
Кейл опустился в кресло пилота. Это было странное чувство — и привычное, и непривычное одновременно. Казалось, с момента катастрофы прошла вечность, но панели и рукояти оставались прежними, и он поймал себя на том, что сгорает от нетерпения вновь поднять «Клык» в небо.
Он взглянул на Шаллу.
— А твой ховертрак?
Сияя от восторга, урити уселась в одно из вторичных кресел.
— Трисс отвезет его обратно.
— Но я тоже хочу полетать, — раздалось из задней части кабины.
— Ты ведь поднимался с Гарлаханом, когда он чинил спутник геолокации пару месяцев назад, — заметила Шалла, прищурившись на робота.
— То была работа. Это нечестно.
— У меня тоже работа!
— Ты делаешь это только потому, что хочешь.
— Эм, не хочу мешать, — вмешалась Эйлин, — но Трисс вообще влезет в кабину того грузовика?
Шалла отмахнулась.
— Он подключится сзади и будет везти его дистанционно.
— У меня нет водительских прав, — сказал Трисс. Он поднялся с пола, все еще стоя спиной к остальным, но голова повернулась к ним.
— На этой планете никто не имеет прав, Трисс, — ответила Шалла. — Местное правительство действует по принципу «делай что хочешь, пока не оторвешь себе руку, и Иалла тебя не отругает».
— Ладно, — медленно проворчал робот, и, пригнувшись, вышел из кабины. — Но не ждите меня скоро.
Закрыв лицо рукой, Шалла пробормотала:
— Клянусь, рхунаи явно шутил, когда программировал тебя, Трисс.
— Может, если бы ко мне относились лучше, я тоже мог бы шутить, — раздался металлический голос. Шаги робота гулко отдавались в коридоре, не становясь тише, будто специально.
— С ним все будет в порядке? — спросила Эйлин, усаживаясь в оставшееся кресло и потянувшись к ремням.
Шалла хмыкнула.
— Конечно. Трисс знает, насколько он ценен. Проблема в другом: он, как и все в Навайре, умирает от скуки и вынужден сами искать себе развлечения.
Кейл приподнял бровь.
— Его развлечение — постоянно вести себя так?
— И ты считал ужасным меня, брат, — пробормотал Кир.
— Так это правда, — парировал Кейл, когда все начали застегивать ремни.
— Трисс для меня… ну, вроде как лучший друг, — тихо сказала Шалла. — Даже имя я ему дала. Ну, почти.
— Почти? — мягко уточнила Эйлин.
— Ага, — урити усмехнулась. — Я была совсем маленькой, когда родители собирали Трисса. Я знала, что роботы сделаны из металла, а металл — это тристил. Только вот выговорить это слово у меня не получалось. Вместо тристил я говорила «трис-сталь». И так стала называть робота.