Эйлин подняла руку, в которой все еще держала сумку, к виску. Через пси-связь ранее переполнявшие ее эмоции были обычно позитивными, но теперь…
Это было не похоже ни на что, что она когда-либо испытывала. Все было слишком сильно. Мысли близнецов врывались в ее голову, но они были настолько сумбурны, что она не могла ничего понять.
— Эйлин?
Она едва услышала Таллиана.
Пожалуйста, Кир, Кейл. Я не могу… Я не знаю, что происходит.
На’дия, — они прорычали это слово в ее голове, наполняя ее ледяным страхом и жгучим ощущением, что медлить нельзя.
Они идут за тобой, — пульсировал Кир.
Глаза Эйлин расширились. Это предупреждение должно было быть слишком расплывчатым, чтобы она поняла его значение, но слова сработали как шифр, раскрыв весь хаос, что предшествовал им, и все встало на свои места.
Врикхан, третинский пират, поработивший близнецов в детстве и убивший их родителей, терроризировавший, убивавший и похищавший бесчисленные тысячи существ, тот, кто безжалостно атаковал «Вечный Рай» из-за личной ссоры с Садууком и едва не убил Эйлин, — был здесь.
— О Боже, — выдохнула Эйлин, едва осознавая, что слова сорвались с ее губ.
— Это Кир и Кейл? — спросила Шалла. — С ними что-то случилось?
Заприте двери и спрячьтесь, — пульсировал Кейл. — Сейчас же!
Мы уже идем, — несмотря на попытку звучать ободряюще, в аэ́рис Кира звенело жесткое, отчаянное напряжение.
Эйлин раскрыла рот, чтобы ответить, но горло было так сжато, что не позволило ей вымолвить ни звука. Взгляд ее метнулся от Шаллы к Таллиану — на лицах обоих отразилось беспокойство, хотя выражение старшего урити было куда более настороженным.
Врикхан не остановится, убив лишь близнецов. То, что он сотворил на Тиларе и в «Вечном Раю», было тому доказательством. Шалла и Таллиан, Эмай и Орассик, Иалла, Арду, Вейел, Сира и Сала — все поселение было в опасности.
— Заприте ангар, — прохрипела Эйлин, оборачиваясь к заднему выходу. — Нам нужно…
Дверь позади распахнулась с оглушительным грохотом, часть засовa отлетела и со звоном ударилась о пол.
Эйлин вздрогнула, налетев на стол, а Шалла испуганно ахнула.
Прижимая плечи, чтобы вместилось его широкое тело, в проем шагнул массивный боккан. За ним вошли еще трое инопланетян. На них были разрозненные куски брони, расписанные и украшенные безделушками, придававшими им первобытный, свирепый облик. У каждого на поясе висел бластер в кобуре, а в руках — длинное цилиндрическое оружие.
Сердце Эйлин забилось быстрее, эти длинные посохи она узнала сразу — шоковые дубинки, точно такие же, какими охрана «Вечного Рая» усмиряла буйных гостей… и непокорных рабов.
Таллиан с силой прокатил колеса, выдвигаясь вперед и заслоняя собой Шаллу и Эйлин.
— Есть причина, по которой вы решили выбить мою дверь?
Одна его рука скользнула за спинку кресла, и он сделал Эйлин и Шалле знак отойти.
Голоса близнецов еще никогда не звучали так громко в ее голове. Эйлин чувствовала все — их сердца, бьющиеся еще стремительнее, чем ее, их тяжелое дыхание; удары сапог по земле в бешеном ритме, пока они мчались к ней; каждый бурлящий, неукротимый порыв. Они звали ее — не голосами, не мыслями. Душами.
Вперед шагнула коротко стриженная вольтурианка с шрамом на щеке, похожим на тот, что был у самой Эйлин.
— Это она. Видела, как один из даэв нес ее, пока второй стрелял в меня.
— Вам лучше уйти, — сказал Таллиан, подъезжая ближе к пиратам и к рабочему столу, где еще лежали инструменты. — Мы уже закрыты.
— Все поселение закрыто, — ухмыльнулся самец-борианин с торчащим ирокезом на голове. — Навсегда.
— Забирайте самок, — приказала вольтурианка. — И не забудьте: военачальник хочет терранку живой.
— А что с калекой? — спросил четвертый в коричневом халате с лицом, напоминающим насекомое.
Вольтурианка хмыкнула.
— Он ничего не стоит.
Аэ́рис близнецов продолжали обрушиваться на разум Эйлин, а Таллиан отчаянно махал ей рукой, но она не могла сдвинуться с места. Она слишком отчетливо ощущала бластер на бедре и скрытый разрез на штанине, что позволял быстро выхватить оружие.
Сможет ли она им воспользоваться? Изменит ли это хоть что-то? Четверо пиратов, все в броне, и всего десять метров между ними…
И без того натянутая атмосфера вспыхнула новой, электрической энергией, от которой у Эйлин по коже дыбом встали мелкие волоски. Она и сама не поняла, что произошло первым: рванули ли пираты вперед, потому что Таллиан схватил со стола огромный гаечный ключ, или же его рывок к инструменту был ответом на их бросок. Она знала лишь одно — все сорвалось в стремительный кошмар движения.