Он дернул Эйлин за волосы, и та вскрикнула, хватаясь за его запястье, ее ноги снова полностью оторвались от земли. Когти близнецов впились в ладони до крови.
— А теперь взгляните на себя. Сильные, умелые бойцы. Воины. За мной охотились сотни межгалактических правительств десятилетиями, но никто не доставил мне столько проблем, сколько вы, маленькие даэвы. Единственная причина, по которой вы чего-то добились, — это я. Вы сильны только благодаря мне.
— Но я — завоеватель, — добавил Врикхан рыком. — И так же, как я вас создал, я могу вас уничтожить. Вы выиграли свою свободу. Этого вам должно было быть достаточно. Вы должны были довольствоваться тем, что остались живы. Когда вы решили пойти за мной — вы сами выбрали смерть.
Ярость разрасталась в близнецах, распирала грудные клетки, грозя прорваться наружу. Сердца колотились как сумасшедшие, и вихрь воспоминаний крушил их изнутри.
Их шаги остановились с тяжестью судьбы, неизбежности. Что бы они ни делали, Сол’Кир Севрис и Сол’Кейл Кортанис все равно пришли бы к этому моменту. Их судьбы были связаны с Эйлин… но и с Врикханом тоже.
И пришло время разорвать эту последнюю связь.
— Вал’Аэрал Вурос, Вал’Аэкан Аэгис, Ней’Яри Солара, — произнесли близнецы в унисон, и их голоса отозвались в ночном воздухе. Жар пронесся по жилам, сердца забились быстрее, но давление в груди немного ослабло.
— Они создали нас, — сказал Кир, — и ты их убил.
— Потому мы создали себя, — сказал Кейл. — Син Кортанис аяр, ибо я — возмездие.
— Ис Севрис аяр, и я — ярость. Мы выковали нашу силу. Никто нам ее не даровал.
Кир усмехнулся, окидывая взглядом пиратов.
— Вы пустышки.
Взгляд Кейла упал на Врикхана.
— Завоеватель, который охотится лишь на слабых и беззащитных, на деле лишь прячет собственную слабость.
Улыбка Врикхана спала, его длинный мощный хвост хлестнул по земле.
— Посмотрим, сколько в вас осталось сил… — проговорил он. — Разрушители! Кулаки и шоковые посохи. Пусть они прочувствуют каждую боль, что причинили нашим братьям. Пусть расплачиваются за каждую обиду.
— Нет! — вскрикнула Эйлин. Ее дрожащие губы сомкнулись, глаза наполнились слезами, когда она посмотрела на своих возлюбленных.
Вам нужно бежать. Они убьют вас. Просто уходите! Я не могу… не могу потерять и вас.
Ничто, на’дия. Ничто не удержит нас от тебя, — ответили близнецы.
Пираты включили шоковые посохи и пошли вперед, рассеиваясь, окружая близнецов.
Кир и Кейл встали спина к спине, принимая боевые стойки. Их сердца замедлили бег, и каждый тяжелый удар гулко отдавался в ребрах сдерживаемой яростью. Сознание стихло.
Один из пиратов хмыкнул.
— Немного развлечения перед настоящей работой.
— Это не развлечение, — сказал другой. — Это правосудие. Как воевода и обещал.
— А правосудие значит, что делаем все медленно, — добавил третий.
— Правосудие? — жесткий, безрадостный смех взорвался из груди Кира. — Вы даже не знаете, что это такое.
Хвост Кейла коснулся ноги Кира и замер.
— Но мы с радостью научим.
— Постарайтесь не отставать.
Пираты ринулись в атаку.
Кир и Кейл сорвались с места. Они блокировали, уворачивались, сбивали град ударов со всех сторон, их конечности двигались размытыми тенями. И сами отвечали — кулаками и ногами, локтями и коленями, головами, хвостами, когтями и зубами, каждый удар был жестокой репликой на агрессию врагов.
Пираты спотыкались, теряли равновесие, ругались сквозь зубы, когда бешеная защита близнецов отражала их натиск.
Костяшки Кейла врезались в челюсть крена, треснул клык. Пятка Кира хлестнула по колену борианина — сустав хрустнул и вылетел. Когда Кейл поймал вытянутую руку вольтурианца, Кир ударил локтем сверху, а брат рванул вверх. Крик вольтурианца утонул в треске ломающейся кости.
Близнецы действовали как единое целое, идеально скоординированные в каждом движении — будь то тонкий жест или мощный выпад. Но этого было мало; большинство их ударов приходились по броне, лишь отбрасывая врагов или сбивая с ног, но не нанося серьезного урона. С пиратами было иначе: их удары приходились в полную силу.
И Кир, и Кейл ощущали все, несмотря на адреналин. Они чувствовали, как их тела постепенно покрываются синяками и ссадинами. Чувствовали жужжание шоковых посохов, когда те приближались слишком близко, чувствовали разряд в воздухе.