Больше никто и никогда не будет бояться этого третина.
Воздух над головами зазвенел от работы антигравов, и близнецы наконец подняли головы, увидев приближающиеся десантные корабли. Первый из них пронесся прямо над ними и их друзьями, мягко опустившись всего в нескольких метрах. За ним сел другой, потом еще один, и вскоре корабли приземлялись повсюду, заполняя космопорт и окрестности.
Рефлекторное напряжение пробежало по телам Кира и Кейла, когда трап первого корабля опустился, но они не подняли оружие.
Внутри стояли десятки существ, вдвое больше, чем было на том корабле, что доставил Врикхана на космопорт. Но, как и говорил Аркантус, это были не вооруженные пираты в броне. Их одежда была грязной и рваной, виды самые разные, но объединяло их одно — рабские ошейники, стянутые вокруг шей.
Кроме двух. Две женщины — седхи и илтурия — вышли из толпы, спускаясь по трапу рядом. У седхи за плечом висел автобластер, а на талии был повязан широкий алый пояс.
Близнецы знали эту пару, хотя с их последней встречи прошло много месяцев. Вирези и Фир’та — седхи и илтурия, спасенные близнецами на Сотере вместе с Таргеном и его терранской парой Юри.
Губы Кейла приоткрылись. Он хотел что-то сказать, но голос его подвел. Даже связь с братом молчала — Кир был столь же ошеломлен.
— Это было совсем не просто, но, учитывая то, что ты сделал с их системами и кораблем, Аркантус, и твою команду… у них не было ни единого шанса, — сказала Вирези, когда они с Фир’той подошли к основанию трапа, глядя поверх близнецов.
— Без вашей помощи этого бы не произошло, — ответил Аркантус.
— Ну… однажды Багровый Рейдер — всегда Рейдер. Хуй рабовладельцам. Особенно этим третинам.
Фир’та провела рукой по плечу Вирези и переплела свой хвост с ее. Ее взгляд был устремлен прямо на близнецов.
— И мы не могли не откликнуться после всего, что вы для нас сделали, Сол’Кир и Сол’Кейл, — она опустила голову в почтительном поклоне.
Кир попытался заговорить, но вышло не больше, чем у брата:
— Я… Мы…
— Эй, Вирези! Фир’та! — радостно окликнул их Тарген.
— Тарген, — седхи улыбнулась и склонила голову. — Как так выходит, что всякий раз, когда я тебя вижу, ты измазан в крови?
— Типичный Тарген, — заметил Аркантус.
— Ты и сам не слишком чист, седхи, — сказала Фир’та.
— Просто вы застали меня в неподходящий момент, — отозвался Арк. — Уверяю, обычно это не так. Хотя к багровому я питаю слабость.
Эйлин рассмеялась. Она не знала этих существ, даже не была им представлена, но ее смех был чистым, ярким — смехом облегчения, радости и простого, но всепоглощающего чувства… жизни. Несмотря на хромоту, она поспешила к близнецам и обвила их руками. Они обняли ее в ответ — телом и душой.
Тем временем открывались новые десантные корабли, и с них сходили все новые и новые освобожденные рабы, седхи с алыми повязками, члены экипажа Аркантуса — илтурия Секк'тхи и крены Килок, Корок и Рази.
Когда сердца близнецов еще были так полны? Когда они ощущали себя такими… невесомыми? Такими свободными?
— Я так рада, что вы в порядке, — выдохнула Эйлин, крепче прижимаясь к ним.
Теперь ты в безопасности, — ответили они. — И это все, что имеет значение.
— Все. Все закончено, правда?
Они слегка отстранились, чтобы увидеть ее лицо. Бледная кожа, перепачканная грязью, прорезанная дорожками пота. Взъерошенные волосы, обветренные губы. Но глаза… сияющие сквозь слезы, живые, полные любви. Никогда еще она не была прекраснее.
— Я был яростью, — тихо сказал Кир, бросая бластер наземь.
Кейл уронил оружие следом.
— А я был местью.
— Но теперь мы — только твои и ничьи больше, — произнесли они вместе. — И наша единственная судьба — защищать нашу на’дию и любить ее всей душой.
Она скользнула ладонями к их лицам, коснувшись щек, и кончиками пальцев провела по коже.
— Сердцем, разумом и душой я принадлежу вам, мои на’дивали.
Они притянули ее ближе, поочередно целуя — медленно, нежно, благодарно. И заключили в объятия, из которых никто из них больше не хотел вырываться.
Долгий, мучительный путь, выкованный их даэвалисом, завершился. Охота закончилась. И после стольких, стольких лет их жизнь, наконец, началась.