Им нужно было увести свою женщину, свою на’дию, в безопасное место.
Кир рванул вперед, Кейл — на полшага позади.
Все будет в порядке.
6
Сердце Кира грохотало в ушах, отбивая безумный ритм, подгоняющий его все быстрее и быстрее. Мысли клубились и сталкивались в голове, превращаясь в непроходимый хаос, среди которого горели лишь два ясных слова — спасти терранку.
Спасти свою на’дию.
Дисплей в шлеме отмечал враждебные цели со всех сторон. Заряды плазмы свистели мимо — сверху, снизу, с флангов. Кейл держался прямо за ним, шагая в идеальном ритме. Их тела были ее щитом.
Держись, девочка.
Он ясно видел цель — широкий вход, через который они проникли в театр. Стреляя из обоих бластеров, он отвечал на каждый выстрел врага несколькими своими. Перевернутая мебель и неподвижные тела проносились мимо; он замечал их лишь тогда, когда они вставали на пути.
Внутреннее давление росло, грозя разорвать его изнутри, но шаг не сбивался.
Из-за низкой перегородки впереди выскочил мужчина в форме охраны Садуука, преградив дорогу.
Руки Кира взметнулись. Не дав охраннику поднять оружие, он вогнал в его голову с полдюжины плазменных зарядов. Лишившись лица, тот все еще стоял, пока Кир не отбросил его плечом.
Она теряет сознание, — передал Кейл.
Сердце Кира пропустило удар. Он сжал челюсти, продолжая двигаться, и повел Кейла по ковровому пандусу на верхний уровень театра. Дисплей засек восемь новых целей, четверо — у входа.
С ней все будет в порядке, — сказал он.
Будет, — отозвался Кейл.
Но ни брат, ни он сам не звучали убедительно. Кир стрелял во все, что попадалось под прицел, не в силах прогнать горечь во рту и холодный клубок в животе.
Гулкий голос Врикхана разнесся по залу:
— Убить их!
Враги у двери обернулись. Двое в броне охранников, двое в обычной одежде, но у всех — авто-бластеры. Киру не требовалось больше деталей. Он бросился вперед, издав яростный боевой крик.
Его хвост скользнул по спине терранки, пока он стрелял. Заряды били в броню, и он нарочно выставлял себя шире, перехватывая их все.
Врикхан все еще кричал. То, что третин жив и способен на такой рев, терзало разум Кира, но сильнее жгло воспоминание о боли в животе — и знание, что терранка еле жива. Что ее время уходит.
Ладони ныли, но он продолжал стрелять. Все, что он мог сейчас — стрелять.
Один из врагов без брони рухнул с обугленной грудью. Фальшивый охранник пошатнулся, получив заряд, и в панике прострелил ногу своему напарнику в гражданском. И тут Кир приблизился вплотную.
Он выстрелил раненому в другую ногу, опустив его на колени. Последний, оставшийся без ран, бросился на Кира — тот нырнул в сторону.
Кейл среагировал мгновенно, ударив нападавшего в челюсть.
Голографическая завеса дрогнула, пропустив сквозь себя заряды плазмы, летевшие из глубины зала. Кейл повернулся спиной к огню, прикрыв женщину. Кир развел руки и одновременно выстрелил обоим пиратам в головы.
Бронированный пират, подстреливший своего, успел подняться — но Кир всадил оба ствола ему под подбородок и нажал на спуск.
Рев Врикхана был звериным, полным ярости и жажды крови, и казалось, он сотряс всю станцию.
Что-то внутри Кира снова заговорило, требуя повернуться и закончить то, что третин начал много лет назад. Врикхан и его пираты были здесь, второго шанса может не быть.
Но терранка была ранена. Терранка… умирала.
Нет! Она не умрет.
Эта мысль стала общей с Кейлом, отчаянным усилием воли и надежды. Потерять шанс на месть Врикхану — не страшно. Потерять шанс спасти свою пару — вот чего они не могли допустить. Потому что если она умрет, прежде чем они успеют заключить свой даэвалис…
Кир повернулся ко входу. Рядом с ним, прижавшись к стене, сидели перепуганные инопланетяне, глядя на него с мольбой в глазах, руки у них были связаны за спиной. В горле у него застрял острый, холодный ком вины. Он прекрасно знал, какая жизнь ждет их, когда пираты выволокут их отсюда.
Но он и Кейл не могли сражаться со всей бандой Врикхана. Особенно теперь, когда их пара была при смерти.
Он проглотил вину и рванул в проем, Кейл — сразу за ним.
Вестибюль кипел хаосом. В разных местах шли перестрелки между охраной станции и пиратами, обе стороны укрывались за витринами магазинов и рестораций. Мирные жители либо бежали к стыковочным воротам, либо жались за любым укрытием, какое удавалось найти, а пираты с шоковыми дубинками и парализаторами методично выводили всех из строя. Некоторые гости пытались дать отпор, но безоружные и плохо подготовленные, они явно уступали врагу.