Ее внутренний жар вспыхнул сильнее.
Расстояние, которое она успела оставить между ними, исчезло, когда он двинулся вперед. Сердце ее дрогнуло, но теперь она не отступила — напротив, сама потянулась к нему, ведомая глубинным, неоспоримым инстинктом.
Он опустил одну руку ей на бедро, другой обхватил затылок, вплетая длинные когтистые пальцы в ее волосы. Хвост обвился вокруг ее ноги, властно удерживая, пока он вел ее назад.
Эйлин казалось, что она парит, даже когда спиной ударилась о жесткую стену. Тело Кейла прижалось к ней в ту же секунду, и его губы обрушились на нее.
Поцелуй был жестким и требовательным, жадным и голодным. Эйлин закрыла глаза и раскрылась навстречу Кейлу. Она вцепилась руками в его волосы, отвечая с не меньшей яростью, рванула завязку, удерживавшую пряди, и притянула его ближе. Ей нужно было больше. Ее язык очертил его губы, прежде чем скользнуть внутрь.
Кейл зарычал и сильнее сжал ее волосы, слегка царапнув когтями кожу головы. Он откинул ее голову назад, чтобы углубить поцелуй, прижал к стене и повел языком, вовлекая ее в тесный, интимный танец. Он исследовал ее рот, пробовал ее вкус, пожирал ее, и от этого горячего, влажного поцелуя Эйлин охватил обжигающий жар.
Ее язык скользнул по острому краю клыка, и по телу прокатилась дрожь восторга. Она жаждала ощутить эти зубы на своей коже — скользящие, царапающие… кусающие.
Кейл вонзил пальцы в ее бедро. Легкий укол когтей вызвал новый, переполняющий отклик — и Эйлин выдохнула со стоном. Его хвост скользнул выше, погладил ее ягодицы и зацепился за внутреннюю сторону бедра. Кейл просунул ногу между ее ног. Его бедро прижалось прямо к пульсирующему клиторy.
Она жалобно пискнула. В другое время этот звук вогнал бы ее в краску от стыда, но только не сейчас. Все, чего она хотела, — это бежать за этими ощущениями, за этим наслаждением. Все, чего она хотела, — это потеряться в Кейле.
Никогда еще Эйлин не чувствовала подобного. Никогда не была так охвачена жаждой — прикасаться к нему кожей, впитывать его запах и вкус, впустить его внутрь.
Но разве такого уже не случалось? Разве рапсодия не превращала ее в бездумную, похотливую тварь, жадную до любого прикосновения? Разве жара не вселяла в нее потребность столь огромную, что она поглощала сознание и заставляла творить то, о чем и теперь она боялась даже вспоминать?
Эйлин напряглась, пальцы в его волосах сжались крепче. Она разорвала поцелуй и прижала лоб к его лбу. Те самые тени — темные мысли и еще более темные воспоминания — вновь заскользили по краям ее сознания, угрожая снова утянуть ее вниз.
Я этого не хотела. Ничего из этого не хотела.
Из груди Кейла вырвалось новое рычание. Его пальцы ослабили хватку, и он убрал руку из ее волос, чтобы перехватить ее подбородок. Его губы едва коснулись ее, когда он хрипло прошептал:
— Не думай об этом, Эйлин, останься со мной.
Мрак ушел из его голоса, и Эйлин открыла глаза, встретив его сияющий взгляд — пурпурный и лазурный.
Их тела были прижаты друг к другу, мягкость к твердости, и не осталось ни малейших сомнений в том, что за выпуклость упиралась ей в живот сквозь ткань его одежды.
Что мы только что сделали?
Глаза Эйлин расширились, и она отпрянула назад.
— Я поцеловала тебя. Мы… мы поцеловались.
Ну и как твои планы двигаться медленно, Эйлин?
О боже, я практически трусь о незнакомца!
Но ведь он должен быть одним из твоих истинных.
И что? Что это вообще значит? Это же… просто биологический инстинкт для них!
А как насчет тебя? Как ты объяснишь то, что сама чувствуешь, Эйлин?
Щеки ее полыхнули жаром.
— Мы поцеловались.
Глаза Кейла, полные голода, были прикованы к ней. Уголок его рта дрогнул, и на лице появилась кривая улыбка — в сочетании с растрепанными волосами он вдруг напомнил Кира. В этот миг стены Кейла рухнули полностью, и Эйлин удалось увидеть того, кто обычно прятался глубоко внутри.
— Да, поцеловались, — сказал он.
И по тому, как он смотрел на нее и держал ее, было ясно: он собирался сделать это снова.
Слишком быстро. Все идет слишком быстро.
Но, черт возьми, как же сильно я хочу снова почувствовать его губы.
Эйлин облизнулась и все, чего она этим добилась — это нового привкуса его поцелуя.
Взгляд Кейла упал на ее рот.
Я в такой жопе.
О, в жопу тоже будет, Эйлин.
Замолчи!
С неохотой она убрала руку из его волос и положила ладони на его плечи — сильные, широкие плечи — пытаясь игнорировать дразнящее движение хвоста на внутренней стороне бедра.