— Перемены требуют времени. Это нелегко, но Кейл знает, что ты рядом и всегда будешь рядом. Вот что важно.
Кир ответил ей улыбкой, блеснув клыками.
— Ты права, Эйлин. — Ладонью он обхватил ее лицо и погладил щеку большим пальцем. — И теперь у нас есть еще и ты.
Что-то затрепетало у нее в животе. Похоже на то волнение, что охватывало ее перед выходом на сцену, но одновременно было совсем иным. Это было больше. Глубже. И полнее надежды.
Она чувствовала, что теперь ей есть что терять.
Эйлин прижалась щекой к его ладони сильнее.
— Есть.
21
Улыбка Кира расширилась и превратилась в оскал.
— Есть…?
Это слово несло в себе куда больше смысла и веса, чем казалось возможным. Он знал, что оно еще не значит всего, знал, что впереди долгий путь к завершению их даэвэлиса, знал, что Эйлин пока не готова стать их полностью — так же, как и он с братом еще не были готовы к этому.
Кир, Кейл и Эйлин все носили глубокие шрамы. Сам акт физического соединения с их парой…
Нет. Он не позволит прошлому запятнать этот момент. Не позволит темным воспоминаниям лишить сердце радости.
Эйлин принимала их. Эйлин хотела их. Это… это дарило Киру больше надежды, чем у него было за очень, очень долгое время.
Что произошло? — откликнулся Кейл. Их психическая связь оставалась открытой, но молчала, пока каждый из близнецов занимался своими делами. Единственным сюрпризом было то, что Кейл никак не отреагировал на почти всепоглощающее желание Кира несколько минут назад.
Кир передал брату воспоминание… Одно из тех, что навсегда останется в его памяти.
— И теперь у нас есть еще и ты.
— Есть.
Эйфория Кира усилилась и вернулась к нему же через связь с Кейлом, теперь она принадлежала и его брату.
Мы не должны слишком радоваться, — передал Кейл, хотя его аэ́рис пылал возбуждением, несмотря на попытку сохранить нейтральный тон, — но это шаг вперед.
Огромный шаг вперед, — ответил Кир.
Похоже, мои усилия быть открытым с ней приносят плоды.
Кир едва не рассмеялся вслух, удержавшись лишь из-за близости Эйлин.
Я знаю настоящую причину. И она тоже.
Он наклонился к ней ближе и сказал:
— Я знал, что ты не сможешь устоять перед моим обаянием, Эйлин.
Она рассмеялась.
— Ты был очень убедителен, — ее взгляд метнулся между его глазами. — Ты сейчас говоришь с Кейлом, верно?
Дело вовсе не в твоем обаянии, Кир, — отозвался Кейл.
У тебя нет дел поважнее, Кейл?
Сложно сосредоточиться, когда на меня обрушивается постоянный поток эмоций, пусть даже хороших.
Хочешь, напомню, что случилось между тобой и Эйлин вчера после ужина, пока я работал?
Вспышка в памяти Кейла прорвалась по связи, явно не по его воле: тело Эйлин, прижатое к нему, ее губы на его губах, все то тепло, все то желание. Вторичный вкус ее близости вновь разжег жажду Кира. Ему самому еще не довелось испытать такую близость с Эйлин, но он мог потерпеть. Это было не соревнование, он и брат вместе шли к одной цели.
— Да, — сказал Кир. — Разве задержка в моих ответах настолько заметна?
— Немного, — она провела пальцами по его лбу, убирая влажные пряди волос, — но я могу понять это по твоему взгляду.
— Правда? — Он усмехнулся. — И какому же? Как будто я умираю со скуки, когда разговариваю с ним телепатически?
Эйлин снова рассмеялась. Смех ее был мелодичным и сладким, и Кир поклялся себе, что сделает все возможное, чтобы услышать его еще не раз.
— Он не скучный.
— Тут я с тобой не соглашусь. Возможно, через пару дней ты изменишь мнение.
По связи проскользнул усталый вздох Кейла.
Эйлин улыбнулась шире.
— Посмотрим. Где он сейчас?
— На нижней палубе, укрепляет ремонтные швы.
— Передай ему привет и скажи, что мне жаль, что я проспала завтрак.
Волна тепла нахлынула от Кейла — чувство более умиротворенное и чистое, чем все, что он когда-либо делил с Киром. Неужели Кейл и правда начал меняться всего за пару дней?
— Он говорит привет и просит не волноваться о завтраке, — произнес Кир. — Тебе нужен был отдых, и никто из нас не хотел тебя будить.
Ее улыбка стала мягче.
— Спасибо. Ну что ж… — она скосила взгляд на турник. — Раз я прервала твою тренировку, почему бы тебе не поспарринговать со мной?
Глаза Кира округлились, хвост рассек воздух.
— Что?
Что? — одновременно потребовал ответа Кейл.