Филли автоматически опустила взгляд. Исцарапанные после прогулки по лесу голени восторга не вызывали. Девушке явно требовался отдых. И, желательно, обувь.
Исиндил, кажется, подумал о том же. Не дождавшись ответа, он потянул юную писательницу за собой по пыльной деревенской дороге куда-то в только ему известное место. Не в силах противиться, Филли позволила увести себя в противоположную от дворца сторону. Петляя по дворам густо настроенных друг к другу домов, они внезапно вышли на пустую улицу, на которой особо выделялось двухэтажное здание с маленькими витражными окнами. Над распахнутыми деревянными дверьми висела табличка с неаккуратно вырезанной пивной кружкой и еле читаемыми неровными буквами «Под носом проклятья».
Девушка удивлённо моргнула, задумчиво окинула выделяющийся среди окружающей природы здание, внутри которого шумел веселящийся народ.
— Зачем мы здесь? — спросила она.
— Отдохнуть, — ответил Исиндил, подтянув её ладонь, — пошли.
Филли хотела было высвободиться из его крепкого захвата, высказать свой протест, но вдруг поняла, что её слова не будут иметь никакого веса. Она не могла доказать, что полна бодрости, потому что эта была откровенная ложь, и также не хотела отказываться от временной остановки, ведь в самом деле растеряла всю энергию по пути в деревню.
И несмотря на то что в неизвестное заведение, выдавая себя за существо иной расы, заходить не хотелось, Филли позволила себе отпустить тревожные мысли и довериться Иси.
Внутри оказалось светло и уютно. Из маленьких окон на круглые столы падали разноцветные лучи света, играясь бликами на прозрачных стаканах. Тот шум, что слышала девушка снаружи, издавали лишь несколько Оберегов, собравшись за двумя столиками. Остальные же были пусты и позволяли юной писательницы обособиться от нежелательной компании.
Так как Исиндил знал значительно больше о местном меню и стоящем выборе напитков, он и отправился делать заказ. Филли же заняла место в углу таверны, с неподдельным интересом рассматривая всё вокруг. Подобный образ жизни, как и всё остальное, был для неё в новинку. Ей никогда раньше не попадались другие Обереги, но теперь, зацепившись за неизвестных, громко кричащих и смеющихся, она без труда определяла их подвид. Вон парень-фантазия, совсем молодой, усыпанный розовыми пигментными пятнами, словно веснушками, с такого же цвета волосами и белыми амаралисами, украшающими незамысловатую причёску. А рядом девушка-муза в готическом платье, изящная и величественная, широко улыбающаяся пухлыми губами. По левую руку от неё такой же вдохновитель, такой же грациозный, в строгом костюме, держащийся чуть отстранённо, в отличие от спутников. А за соседним столом несколько представителей безумного подвида, беловолосые и с вытянутыми ушами, как Безумие самой Филли.
Засмотревшись, она не заметила, как вернулся Исиндил. В каждой руке он держал по высокому стакану со странного цвета пенящейся жидкостью. Смерив пойло скептическим взглядом, Филли спросила:
— Что это?
Эльф горделиво выпрямился, выпятил грудь.
— Это самый популярный напиток этого королевства. Клиьо.
Вопросительный взгляд девушки вызвал у Иси лишь хохот. Опустившись напротив, он подтолкнул стакан поближе, заставляя Филли обратить на него внимание.
— Попробуй. Равнодушной точно не останешься.
Не скрывая своего недоверия, юная писательница ухмыльнулась. Она была готова на что угодно, чтобы приблизиться к разгадке исчезновения Муза, но, видит Бог, эксперименты подобного рода шли в разрез с привычными вещами и давались тяжело. К пребыванию в волшебном мире хотелось привыкать постепенно, а получалось нырять с головой, захлёбываясь новой информацией и яркими впечатлениями.
Исиндил продолжал смотреть. Игриво, чуть насмешливо, как бы подначивая попробовать. Понимая, что бороться дальше, выражая своё недовольство визуальной составляющей напитка, Филли сжала ручку в пальцах (может, крепче необходимого) и с готовностью опрокинула пенящуюся жидкость в рот.
Приятной теплотой напиток разросся в желудке. Словно распустившийся лотос, затронул своими лепестками каждое ребро и любовно его огладил. Борясь с желанием замурчать от удовольствия, Филли повернулась к Исиндилу. Её удовлетворённость выдавали лишь поднятые вверх уголки губ.
— Вкусно? — полюбопытствовал эльф.
— Неплохо, — в зелёных глазах мелькнули лукавые смешинки. — Давай, присоединяйся.
Они чокнулись бокалами, наслаждаясь напитком. Вскоре к ним подошёл бармен, Оберег, как и все остальные, и поставил посредине стола тарелку с закусками. Он бросил на Филли удивлённый взгляд, старательно пряча его под длинными светлыми ресниц, и быстро ушёл, не сказав ни слова.