Проклятие было особой стороной жизни Оберега, становящиеся в противовес сиянию. Если второе давало возможность человеку процветать, обеспечивало сохранение его популярности на более длительное время, сохраняло заинтересованность им в обществе, плюс ко всему, помогало самому Оберегу защитить себя в родном мире, то первое обуяло его эмпатичную сущность, перерождая в страшное, опасное существо. И если бедняга позволил себе влюбиться в хозяина, то его конец становился предрешён.
И именно этого хотел Габриэль?!
Когда Эллириум прибыл во дворец, он даже ушам своим не поверил. Король с таким придыханием рассказывал о судьбе Оберегов, что гостю даже стало тошно. Он не верил, что, спустя столько лет — а ведь он давно бросил своё «предназначение», полностью отказавшись от людей, — немногие поняли, что столь впечатлительных существ нужно ограничить от тех, кто вызывает перерождение их сущности.
Они могли существовать без людей, зарабатывая на других вещах, если бы это позволял закон.
Но Габриэль оставался непреклонен, сколько бы сил Эллириум не потратил на то, чтобы доказать ему обратное. Обереги не должны класть свою жизнь на доску гильотины, остерегаясь проклятья всё время своего существования. Им следовало бы забыть о сиянии и отречься от прислуживания людям. Тогда, подбирая рождённых талантом, королевство смогло бы процветать и не терять свой народ из-за человеческой жестокости.
Эллириум решил действовать постепенно. Став королевским советником, он делал вид, что поддерживает своего названного брата, а сам тем временем подготавливал мятеж. И в этом ему должны была помочь Аделия.
Обереги могли появляться на свет двумя способами: первый являлся вполне обыкновенным, но трудно достижимым и редко встречающимся. Аделия, ставшая принцессой по крови и происхождению, родилась в результате обмена энергиями короля и королевы. Подобное редко давало результаты, потому что достичь успеха в формировании сгустков света своей сущности казалось мало возможным. Да и такие дети замирали в возрасте семидесяти двух-ста сорока четырёх лун и никогда не взрослели. Они не рождались младенцами из классической утробы, а сформированным энергетическим сгустком отделялись от вместилища матери и принимали свою физическую оболочку практически на глазах. Будучи выношенными, они не питались внутри, не росли и не развивались, как дети людей, а лишь хранились в безопасности до достижения определённого срока. Когда их души достигали своего апогея, а энергии родителей объединялись в крепкий канат, они выходили наружу и обрастали плотью в мгновение ока.
Но король и королева хотели, чтобы наследником престола стал их прямой наследник, который разделял бы не только их подвид, но и взгляд на правление. Габриэль, дав начало тантуризму, смог сберечь свой народ, но приличная его часть, не следуя священным тантам, продолжала гибнуть из-за своей эмпатии.
Эллириум ждал подходящего момента, скрипя зубами наблюдая за тем, как король, потеряв свою королеву по вине талантливого человека, не перестаёт обрекать Оберегов.
Когда во дворце был бал в честь дня появления принцессы, на который она разоделась по высшей моде, он сразу подметил, что его племянница заглдывается на одного из Оберегов. Это был высокий статный парень в чёрном элегантном костюме, с волосами цвета воронова крыла. Эллириум никогда не видел его ранее, но одного взгляда на него хватило, чтобы понять — это Оберег высшего качества, такой, что влюбил бы в себя Габриэля и получил медаль за службу таланту. Он отличался ото всех, держался поодаль и вежливо здоровался еле заметным кивком головы. Его словно бы заставили прийти, оторвав от важных дел. Конечно, Эллириум понимал, что за дела могут быть у ему подобных идиотов — он ведь был рабом, смысл существования которого крутился вокруг творческой личности. Этот был не то что те, на торговой площади, которые пытаются совместить свою основную работу с другой, отвлекаясь от хозяина и пытаясь выжить. При одном взгляде на него становилось ясно — скоро умрёт, столкнувшись с разрывом контракта.
Но сейчас этот парень…он сиял. Такое случалось, если у хозяина Оберега всегда есть, чем заняться, если он всегда в работе, если предан своему делу, если уважает своего творческого покровителя и имеет с ним особую связь, близкую к дружбе. Это не обязательно талантливый в понимании Оберегов человек, одарённый способностями свыше. Это может быть личность неграмотная, бесталанная, но стремящаяся к вершинам с серьёзностью и завидным упорством.