— Послушай, Роар, — вдруг окликнул он. Стражник, выходивший из зала, вдруг остановился и повернулся по зову голоса своего нового короля. — Если это человеческая девчонка, то где она взяла крест? Как попала в наше королевство?
— Не знаю, — Роар пожал плечами.
— Этому есть единственное объяснение, — король покрутил крест в руках, любуясь красотой его граней. Такая редкость…и вдруг в его распоряжении. — Она является хозяйкой каких-то Оберегов, которые и пустили её сюда. Знаешь что, Роар, — вдруг Эллириум вскинул голову и в упор посмотрел на стражника. — Сходи-ка в святилище к лавиш-адинам и поговори с ними. Пусть залезут в свои свитки и найдут эту девчонку. Пусть узнают, кто входит в её распоряжение. Я должен отловить их и объявить изменниками.
— Но зачем? — спросил Роар, удивившись.
— А затем, тупица, что компания этих Оберегов во главе с девчонкой, скорее всего, виновники в пропаже принцессы! Их стоит наказать, приговорить к смертельной казни! Они наверняка сделали это для того, чтобы посадить свою хозяйку на трон. Знаешь же этих чокнутых фанатиков своих хозяев?
— Да, — кротко отозвался мужчина. Он пребывал в шоке и медленно обдумывал слова Эллириума. Они звучали вполне правдиво. — Думаете, так оно и было?
— Мы найдём изменников и расспросим их обо всём, — уклончиво ответил король. — Сначала сходи к лавиш-адинам и попроси найти Оберегов девчонки! Они уже могут собирать повстанцев!
— Как прикажете, король, — Роар вежливо поклонился и стал пятиться к двери. Сердце его бешено стучало в груди.
«Неужели какая-то человеческая девчонка виновна в пропаже принцессы?» — думал он поражённо. И верил в это.
Шестая глава: Филли и нуждающиеся в помощи Обереги
Светило яркое солнце, ласкающее тело девушки своими ласковыми лучами. Нежившись в приятных тёплых водах какой-то неглубокой речушки, Филли подумала, что её жизнь невероятно хороша. Позади был лес, успокаивающий шёпот листвы которого был слышен даже с противоположного берега. Чистый воздух приятно проскальзывал по стенкам носа и устремлялся куда-то вниз, где укладывался пушистым маленьким котёнком.
Филли нравилось ощущать собственную наготу. Тёплая вода гладила её оголённое тело, камушки на дне приятно массировали ступни. Всё выглядело таким идеальным, таким прекрасным. Время словно остановилось, позволяя насладиться этой прекрасной картиной природы, этим синим небом, замершим на своей недостижимой высоте.
Девушка устремила свой взгляд вперёд, где вилась тропинка куда-то в пустоту. По бокам виднелись поля ржи. Золотистые маленькие головки клонились в сторону Филли, как бы зовя её к себе, но она продолжала находиться в воде.
Всё было так прекрасно, пока на её плечи вдруг не легли ледяные пальцы. Филли с криком обернулась, пытаясь закрыться руками, и посмотрела на того, кто посмел потревожить её покой.
Это был Пилигрим, только выглядел он не так, как в последний раз. Его лицо заметно вытянулось, острые и без того зубы превратились в длинные клыки, испачканные кровью, кошачьи зрачки сияли, налившись синевой океана, чёрные пряди волос раздвигали витиеватые рога, а красивое мускулистое тело испещряли маленькие кровоточащие раны. Это была фаза второй ипостаси.
Кинув мимолётный взгляд на воду, Филли отметила отсутствие её чистоты. Теперь вся река превратилась в сплошной кровавый поток, стремящийся куда-то вдаль. Это напугало её, вызвало желание выбраться на берег и пуститься вперёд по устремляющейся в никуда тропинке.
Филли хотела приказать Пилигриму отпустить её, ведь его ледяные пальцы слишком сильно сдавили плечи и не позволяли двигаться. Но, открыв рот, девушка поняла, что не может издать и звука. Это ужаснуло Филли, однако, не спеша паниковать, она предприняла попытку расцепить хватку демона, но куда там!
Исказив рот в устрашающей улыбке, больше похожей на звериный оскал, Пилигрим прорычал:
— Тебе от меня никогда не скрыться, моя милая Фил…
Его рука резко убралась с плеча, обняла за талию и притянула ближе к мускулистому окровавленному телу. Филли забрыкалась, но Пилигрим перехватил одну из её кулачков, взметнувшихся в воздух для удара, и, угрожая сломать кости, сжал его.
И, пока Филли не успела опомниться от резкой боли, Пилигрим прильнул к её губам и впился в них требовательным поцелуем. Его губы были ледяными, такими же, как и пальцы, вызывали отвращение и желание очистить желудок в ближайшем кусте. Филли смотрела на его полузакрытые глаза, опешив от сковавшего тело ужаса. Она понятия не имела, что делать. Не знала, что происходит…