Разврат подтолкнула девушку в спину, заставив сдвинуться с места. Гудящие ноги, недовольные длительной ходьбой и неудачным прыжком вниз, подчинились с огромным трудом. Обратив внимание на неловкое ковыляние хозяйки, пытающейся перенести вес на менее изнурённую ногу, женщина взяла Иси за руку, перекинула её себе через плечо и приобняла эльфа за талию. Кивнула Филли, заставляя отпустить друга. Благо пространство под люком позволяло маневрировать, благодаря чему Разврат скользнула назад, пропуская перед собой Фантазию.
Девушка облегчённо улыбнулась, выражая свою благодарность. Стесняясь своей усталости, она была приятно удивлена проницательностью своего Оберега. Возможность перевести дух и продолжить путь в одиночестве позволяла Филли уделить внимание собственной скорости.
— Идите вперёд, — вдруг послышался голос Пилигрима.
Филли еле как развернулась, чтобы посмотреть на своего персонажа. Остановившись чуть поодаль от основной компании, демон оценивающе разглядывал деревянные подпорки, указательным и большим пальцем правой руки поддерживая подбородок.
— Чего ты хочешь? — недовольно прошипела Разврат. — Мы теряем время.
— Идите, — повторил Пилигрим. — Попытаюсь обвалить проход.
Он вернул взгляд к остальным, столкнулся с удивлённым — Филли.
— Если нас будут преследовать — а оставшиеся безумия точно рано или поздно найдут в себе силы броситься за нами, — мы сможем выиграть время.
Филли кивнула головой. В этой фразе крылась логика, которой она сначала не заметила. Не привыкшая к подобного рода приключениям, девушка хотела лишь бежать, пока не сможет передохнуть в безопасном месте. Но острый ум Пилигрима продумывал несколько вариантов развития событий после их побега из замка. И сталкиваться с безумиями, когда в компании находился истекающий кровью эльф и слабая человеческая девушка хотелось меньше всего.
— Тебе помочь? — спросила Филли. — Тут кругом земля.
Пилигрим усмехнулся, оголив заострённые клыки. Злые глаза ярко блеснули голубым в крошечном свете затравленного огонька факела.
— Не надо, — ответил он колючим баритоном. — Сам справлюсь.
Повторять дважды было не нужно. Возобновив шаг, юная писательница услышала треск дерева, а после поднялась пыль, нагоняя их удушливой волной. Закашлявшись, Филли закрыла рот и нос руками, зажмурилась, смаргивая слёзы, и ускорилась, еле поспевая за Безумием. Остальным также пришлось двигаться быстрее, чтобы оставить обваленный проход позади.
Так они шли друг за другом ещё некоторое время, гораздо медленнее, чем раньше. Пилигрим нагнал их и снова замыкал шествие. Все молчали, но общая признательность за содеянное витала в воздухе, поднимая командный дух. Теперь страх не подгонял их, заставляя усерднее перебирать непослушными ногами. Выбрав удобную для всех скорость, вереница спокойно преодолевала тоннель. Света трепыхающегося огня хватало только на то, чтобы разглядеть что-либо перед своим носом, а не заглядывать далеко вперёд, но никто не смел жаловаться, радуясь хотя бы этому. Безумие осторожно прикрывал его ладонью, не давая угаснуть.
Большинство попадающихся по пути факелов были отсыревшими, так что зажечь их могли только маги. Находящиеся на службе королевской семьи в качестве телохранителей они непременно сбегали бы вместе со своими нанимателями, обеспечивая их светом в узком тоннеле. А потому никто не отвечал за состояние оставленных в специальных крепежах факелов.
В тишине, которую нарушал лишь потрескивающий неуверенный в себе огонёк, Филли насупилась, поджимая губы. Голова кружилась от недостатка кислорода и, чтобы как-то держаться, девушке приходилось опираться ладонью о земельный свод. Перед глазами пробирающийся вперёд Безумие размывался, сливаясь с темнотой, любезно окутывающей со всех сторон, скрывающей сбегавших в пахнущей сыростью и мхом могиле.
Стараясь делать обдуманные глубокие вдохи, Филли каждой клеточкой тела ощущала разливающийся по организму спёртый воздух, вызывающий тошноту. Наполняя её толикой энергии, достаточной лишь для неловкого спотыкающегося шага, он уносился прочь вместе с длинным выдохом, оставляя после себя пустоту.
Мотнув головой, Филли приложила свободную руку к виску, принимаясь растирать его. Остальных Оберегов словно бы ничего не смущало или им в самом деле нужно было меньше кислорода для того, чтобы комфортно себя чувствовать. Что же касается Пилигрима, так он и вовсе мог обойтись без него непродолжительное время, по крайней мере по задумке юной писательницы.