С тех пор как он узнал о постановочных фотографиях, он держался от меня на расстоянии. Я предположил, потому что он боялся, что иначе проявит свой гнев. Быть моим тестем, а также Младшим Боссом непросто.
Ливия напевала над Леонасом, но он не просыпался.
— Папочка? — Анна пристально посмотрела на меня. — Почему он спит?
— Он устал.
— Но я хочу с ним увидеться.
Я погладил ее по волосам.
— Скоро, Анна.
Она смотрела на него, склонив голову набок, будто он был игрушкой, которую она не понимала. Вэл слегка улыбнулась мне, выглядя усталой и счастливой. Какими бы сложными ни были дела в Наряде, это зрелище всегда давало мне надежду на наше будущее.
Мы все направились в столовую. Я опустил Анну на пол, чтобы она могла последовать за Вэл и задавать ей вопросы о Леонасе.
— Можно тебя на пару слов? — спросил Джованни, когда женщины уселись за обеденный стол.
— Конечно, — сказал я и отвел его на несколько шагов в сторону. — Я знаю, что ты не одобряешь мой план.
Джованни покачал головой.
— Должен был быть другой способ решить эту ситуацию, Данте. Мне не нравится, как это может отразиться на Вэл.
— Никто ничего не знает.
— Пока. Если быть честным, я рад, что Луке удалось не дать этим фотографиям попасть в заголовки газет.
Я ничего не ответил, не желая признаваться, что и сам был счастлив. План в любом случае сработал, поэтому я был полон решимости подать его как успешный, по крайней мере для внешнего вида.
— Этот план подтвердил мои подозрения, что в наших рядах имеется шпион. Фотограф был похищен, и сомневаюсь, что Лука мог так быстро прислать кого-то из Фамильи. Им пришлось бы поспрашивать у соседей адрес, и это привлекло бы много внимания. Должно быть, это сделал кто-то из наших людей, кто знал, где его искать.
— Этот человек уже много лет работает у нас на жалованье. Многие люди знают о нем. Список возможных шпионов будет очень длинным.
— Я знаю. Нам нужно записать все возможные имена и просмотреть их. Если мы сможем сузить круг подозреваемых до тех людей, которые могут быть недовольны своим положением в Наряде, мы отведем их в сторонку и поговорим. Если они будут вести себя подозрительно, то активизируем наши усилия.
Джованни нахмурился.
— Мне не нравится мысль о шпионе среди наших людей. Ты действительно так думаешь?
— Надеюсь, что нет, но считаю, что мы должны принять эту вероятность. У тебя есть какие-нибудь явные подозреваемые?
Джованни отвел взгляд с отстраненным выражением лица. Что-то в его лице заставило меня поверить, что он имел в виду кого-то, но по-прежнему не хотел называть его имени.
— Джованни?
Он быстро покачал головой.
— Сегодня я напишу для тебя имена и пришлю их по электронной почте. Думаю, мы должны присоединиться к нашим женам, они ждут нас.
Он был прав. Вэл и Ливия смотрели в нашу сторону. Тарелки уже были наполнены едой. Я наклонил голову, но мои подозрения остались. Если Джованни не решался назвать имя, то это должен был быть кто-то из близких ему людей, то есть один из его ближайших солдат или членов семьи.
— Орацио все еще в Чикаго? Он тесно сотрудничал с Фамильей и, возможно, имеет какие-то зацепки относительно возможных подозреваемых.
Лицо Джованни потемнело.
— Вчера у нас произошёл с ним конфликт. С тех пор я с ним не разговаривал. Он должен был помочь мне с нашей новой нарколабораторией до следующей недели.
Я не видел Орацио уже пару месяцев. С тех пор как снова разразилась война с Фамильей, он в основном работал на Пьетро в Миннеаполисе и лишь изредка, когда Джованни настаивал на своем, приезжал в Чикаго, как это было в последние две недели, но наши пути не пересекались. Из-за постоянного конфликта между ними, он отказался вернуться в Чикаго и работать с отцом. Рано или поздно, Орацио должен в какой-то момент взять на себя роль Младшего Босса. Я понимал, что Джованни готов будет принять должность своего сына при условии, что Орацио остепенится и женится на женщине, которую выберут для него родители. До сих пор я не был вовлечен в это дело, ни как шурин Орацио, ни как Капо. Принуждение его к узам, которые он не хотел заключать, не входило в мои обязанности. Но рано или поздно Орацио придется сменить Джованни, так что одному из них придется идти на уступки.
Вэл вопросительно посмотрела на меня. Я разгладил свое выражение лица. Не хотел давать ей повод для беспокойства. Она должна сосредоточиться на нашем новорожденном сыне, а не на проблемах между ее отцом и братом.