Перед церковью уже собралось много гостей. Как только мы прибыли, все внимание было приковано к нам. Мы пожимали друг другу руки и приветствовали всех, пока наконец не вошли в церковь. Данило уже находился внутри, возле алтаря, сидя на корточках перед своей одиннадцатилетней сестрой Эммой, которая сидела в инвалидном кресле после автомобильной аварии год назад. Отец мальчика, за которого она должна была выйти замуж, Младший Босс Цинциннати, сразу же после этого отменил брачные переговоры, что привело к огромному скандалу, и именно поэтому его семью не пригласили на свадьбу.
— Мы можем подойти к Эмме? Я хочу поздороваться, — прошептала Анна.
Я коснулась ее щеки, переполненная эмоциями от ее внимания. Данте и Леонас разговаривали с Младшим Боссом Детройта, поэтому я дала им понять, что мы пойдем вперед. Данте слегка кивнул мне. Я взяла Анну за руку и остановилась.
— Или ты слишком взрослая, чтобы держать меня за руку?
Она закатила глаза.
— Все нормально.
Я рассмеялась и повела ее вперед. Данило выпрямился, как только увидел, что мы направляемся к ним.
Я пожала ему руку. Он был высоким, красивым мужчиной с каштановыми волосами и карими глазами. Серафина с ее прекрасной красотой дополнит его.
— Привет, Данило, надеюсь, ты не слишком нервничаешь?
— Я так долго ждал этого дня, — вежливо сказал он.
Анна осторожно обняла Эмму. Эмма тоже была одета в платье подружки невесты, ее каштановые локоны красиво лежали на плечах.
— Прекрасно выглядишь, — сказала Эмма.
— И ты тоже.
Эмма покраснела и в явном смущении опустила глаза на свои колени. Мое сердце болело за нее. В нашем мире о девочках судили по их красоте и способности рожать детей. Будучи девочкой-инвалидом, она будет рассматриваться как менее достойная, потому что ее считали неполноценной в обеих областях, что было полной и абсолютной бессмыслицей. И все же, несмотря на все старания отца, она еще никому не была обещана. Я все еще не могла поверить, как отвратительно отреагировал на аварию Младший Босс Цинциннати.
Выражение лица Данило было полно покровительства, когда он смотрел на Эмму и Анну.
Я наклонилась к Эмме.
— Твой брат красивый парень.
Она застенчиво улыбнулась мне, а потом посмотрела поверх моей головы на Данило.
Выпрямившись, я снова повернулась к Данило. Анна рассказала Эмме о своем походе в музей штата Индиана. К большому огорчению Леонаса, она всегда настаивала на посещение музеев, когда мы приезжали в какой-либо город. Эмма действительно казалась заинтересованной.
— Твоя сестра будет скучать по тебе, как только ты переедешь, — тихо сказала я.
Данило нахмурился.
— Я переехал несколько месяцев назад, но Эмма будет жить со мной, как только Серафина поселится в особняке.
— Ох, — удивленно сказала я и посмотрела на родителей Данило.
Его отец уже некоторое время боролся с раком желудка. Он выглядел не очень хорошо. Слишком худой и бледный, и гораздо старше своих сорока лет.
— Потому что твоя мать должна заботиться о твоем отце и у нее не хватает времени на Эмму?
Данило ничего не ответил, выражение его лица было вежливым, но ясно давало понять, что он не станет обсуждать со мной свою семью.
Я улыбнулась и посмотрела на часы.
— Думаю, нам нужно занять свои места. Осталось недолго.
Данило быстро улыбнулся мне и подтолкнул Эмму к своим родителям. Мы с Анной тоже заняли свои места в первом ряду. Через несколько минут к нам присоединились София, Инес и Пьетро. Хотя по традиции отец должен был вести невесту к алтарю, Сэмюэль сделает это. Они с Серафиной были так близки, как и следовало ожидать от близнецов.
Данило занял свое место перед алтарем, выглядя совершенно спокойным. Высокий, смуглый и красивый, многие девушки восхищались им. Я наклонилась к Анне.
— У него много поклонниц среди дам.
Анна прикусила губу, ее глаза блеснули.
— Я знаю.
Я не успела спросить, что она имела в виду, потому что Пьетро резко встал, прижав телефон к уху и с выражением крайнего потрясения на лице.
— Пьетро? — спросил Данте, тоже вставая.
— Кто-то напал на свадебную машину и пытается похитить Серафину.
В толпе воцарилась тишина, их внимание переключилось с Пьетро на меня. Я схватил Пьетро за плечи.
— Где они?
— Примерно в трех километрах отсюда.
Я вытащил пистолет, и мои люди последовали моему примеру. Я приказал половине мужчин оставаться здесь и защищать женщин и детей, а остальным мужчинам и мне самому отправиться в путь. Прежде чем уйти, я резко поцеловал Вэл, а затем жестом велел Энцо и Тафту держаться поближе к ней и нашим детям.