Я выбежал из церкви в сопровождении Данило и Пьетро. Данило выкрикивал приказы своим людям. Он рано научился нести груз ответственности и хорошо его переносил.
Его глаза были полны безумной решимости, прежде чем он залез в свою машину и поехал вперёд. Мы с Пьетро бросились за ним вдогонку, а за нами последовало еще больше машин. Кто стоял за этим нападением? Братва? Лука?
Вскоре мой взгляд привлек дым, поднимавшийся от черной машины. Мы припарковались рядом. Мы с Пьетро выскочили из машины. На земле в луже крови лежало тело, а рядом с ним скорчился Сэмюэль, прижимая руку к окровавленному боку. Пьетро бросился к нему, даже не обращая внимания на то, что нас окружает. Подняв пистолет, я осмотрел окрестности, но никого не заметил. Я присоединился к ним, присев на корточки рядом. Телохранитель Серафины был мертв. Два выстрела пробили ему живот.
— Что произошло? Где они? — прорычал Данило.
Во взгляде Сэмюэля мелькнул ужас.
— Это Каморра. Им нужна Фина.
— Блядь! — прорычал Данило.
Сэмюэль с трудом поднялся на ноги и указал в сторону леса.
— Они побежали в ту сторону. Идите!
Данило убежал, а я последовал за ним.
— Фина! — закричал Сэмюэль.
Я оглянулся через плечо. Пьетро бежал рядом, но Сэмюэлю было трудно поспевать за нами из-за его раны.
Справа раздался крик Серафины. Мы прибавили скорость. К нам присоединились еще несколько мужчин, рассыпавшихся веером. Ветки цеплялись в наши костюмы. Местность была неровной и затрудняла бег, особенно когда мы были одеты в такую одежду. Нападавшие на Серафину, вероятно, оделись более разумно для погони.
— Серафина? — я крикнул.
— Фина? — голос Пьетро дрожал.
Мы бежали в течении долгого времени, но Серафина больше не окликала нас. Я не был уверен, что мы не бегали по кругу. Ориентироваться в лесу было практически невозможно.
— Они ушли, — тихо сказал я, когда мы остановились, чтобы перевести дух.
Пьетро поддерживал Сэмюэля, который теперь едва держался на ногах и выглядел совсем бледным. Его рубашка и брюки были залиты кровью.
Данило покачал головой, его белая рубашка прилипла к телу от пота.
— Обыщите этот ебаный город! — он взревел на своих солдат.
Его люди бросились прочь, обратно к дороге, к своим машинам.
— Позвони своему доктору и скажи ему, чтобы он приехал в церковь, — сказал я Данило.
Он кивнул.
— Я ухожу. Я знаю этот город, каждый уголок, каждый закоулок. Я собираюсь найти их.
— Сделай это.
Он умчался прочь. Пьетро помог Сэмюэлю выбраться на дорогу, а я тем временем отдавал приказы Младшим Боссам и Капитанам, которые присоединились к нам в погоне. Они должны были передать нашим контактам в окрестностях, в аэропортах и вблизи границы с Каморрой предупреждение, чтобы держали глаза открытыми.
Сэмюэль опустился на заднее сиденье. Я наклонился над ним и отвел его руку, осматривая рану.
— Пуля прошла насквозь.
Сэмюэль схватил меня за руку, оставляя повсюду кровавые отпечатки ладоней.
— Римо и Фабиано, они напали на нас. Их целью была Фина, — его трясло. — Блядь, Данте, чего они хотят от нее?
— Давай отвезем тебя к доктору, Сэмюэль, — сказал я, стараясь сохранять спокойствие, хотя мои мысли уже выходили из-под контроля.
Пьетро сидел рядом с сыном на заднем сиденье, а я вел машину. Он выглядел совершенно потрясенным, давя на рану Сэмюэля.
— Все будет хорошо, — повторил он.
Они оба, казалось, находились в шоке. Я уже работал с ними раньше. Они сохраняли спокойствие даже в самых опасных ситуациях, но сейчас все было по-другому. Серафина находилась в руках Каморры, и мы все знали, что это значит.
Я поехал еще быстрее, мне нужно было вернуться к Вэл, Леонасу и Анне. Должен был увидеть их собственными глазами, убедиться, что они в безопасности и здоровы.
Доктор Данило ждал нас перед церковью. Десять вооруженных мужчин стояли на страже вокруг здания, остальные гости все еще находились внутри. Как только Сэмюэль оказался в надежных руках, я поспешил в церковь.
Вэл, Леонас и Анна по-прежнему сидели в первом ряду вместе с Инес и Софией. Встревоженный взгляд Вэл поразил меня, и я почувствовал облегчение, увидев, что с моей семьей все в порядке. Я не позволю, чтобы с ними что-нибудь случилось.
Инес вскочила со скамьи и бросилась ко мне. Она была босиком, ее макияж был размазан от слез. Я поймал ее, когда она споткнулась обо меня, ее безумные глаза встретились с моими.